— Буду считать за комплимент?
— Не зарекайся.
Пустая бутылка втискивается в пакет, наполненный фантиками и еще целыми упаковками с едой. Настойчивый и весьма продолжительный шелест смог потревожить только соседа через стенку, что встав на кровать, просунул голову в вентиляцию.
— Эй… Буду нем, как рыба, если и мне что-нибудь перепадет.
Дырки в решетке не позволяли просунуть нечто большое: поэтому обошлись парой шоколадных батончиков и тонкими брусками вяленого сыра.
— Премного благодарен, — хрип по ту сторону стены сник, однако мужчина оказался гораздо бдительней нас: посторонних звуков слышно не было, но ощущение, что он получал сейчас незабываемое удовольствие — не покидало.
— Почему всегда такое рвение меня накормить? — светлые волосы падают на глаза, закрывая обзор: вечно он так — предпочитает хранить свои эмоции при себе.
— Отдай дань благодарности моей совести, она совершенно отказывается верить, что ты уже третьи сутки на здешней пище.
— Боже… Как это трогательно звучит, сейчас заплачу, — брызгая на меня своим сарказмом, огрызнулся Мелло.
Взгляд снова натыкается на вытянутую (похлеще, чем у меня будет) полосатую кофту. Нужно придумать, как снять с него это дерьмо — самому становится тошно от вида подобных шмоток на нем.
Молчаливо сплевываю, стараясь не показывать своего раздражения.
Кажется, сегодня позволить себе злить может не только эта блондинка.
— Квилш сказал, что тебя загребли за разбой, только не говори, что ты снова подрался с дворовой псиной…
— Что? Какого черта? — Мелло вспылил, как казалось, совершенно неожиданно, оставляя меня в странном недоумении: после каким именно слов у этого малого сдвинуло крышу.
— Ва… Квилш? Какого черта он тебе сказал? — вцепившись в форменную куртку компании и придвинув меня к своему лицу, не переставая шипеть каждое слово, Мелло бросил напряженный взгляд на дверь, находившуюся у меня за спиной.
Назвать Ватари именем, которое было известно миллионам, никто из нас не осмелился — мы оба понимали, какое внимание мог привлечь наш разговор, пойди что-то не так. Хоть я был на все сто процентов уверен, что камеры слежения не работали, но, как говорится «раз на раз не приходится». А так… Даже сосед из ближайшей камеры мог подумать о том, что мы ведем разговор о, к примеру, Квилше — хозяине бара, в котором Мелло напился до зеленых чертиков парой недель ранее.
— Он говорил не лично со мной, но я случайно стал свидетелем разговора… Так в чем секрет? Разве есть то, чего я не должен знать? — в кармане завибрировал телефон, но слишком увлеченный нашей беседой, я никак не отреагировал.
— Есть, — холодный голос режет слух. Недовольный взгляд Мелло не заставляет усомниться в его словах. Кажется, я влез в чужую игру без разрешения.
Пакет с громким звоном падает на пол.
Мелло подлетает к двери, прислоняясь к ее фронтальной стене, выглядывает из-за образовавшейся щели на кусок коридора, по которому я попал сюда.
— Ты уверен, что не привел за собой хвоста?
— Более чем. Может. Всё же расскажешь с чего такой переполох? Только не говори, что я зря ломал файервол…
— Тихо, там кто-то есть.
Осторожно ступая, вынимая из-за пазухи пистолет Мелло, благополучно сданный им в камеру хранения при досмотре, подходя ближе, передаю ему в руку, сразу замечая, как указательный палец того опустился на курок.
— Вообще-то я попал сюда не за разбой, а за взлом национальной системы банка…
— Ты? — усмехаясь, перебил я Мелло, тут же ловя на себе едкий взгляд.
Молчу.
Не дурак.
— Именно…
— Разве не могли отправить меня, неужели Квилш не знает, что я с этим справлюсь быстрее и надежнее…
— В том то и дело, ему не нужен успех операции. Квилш нуждался в грамотном провале, который будет списан на умелую попытку неопытного хакера разбогатеть.
— Подводный камень здесь зарыт явно не в денежном состоянии, но какого черта?
— Тихо, — палец на моих губах, и пристальный взгляд на щель.
Напряжение в обоих телах.
После минутной паузы Мелло продолжил.
— Конечно. Дело не в деньгах. Главной задачей было — попасть сюда. А ты… Блять. И стоило тащить сюда свою тушу. Ты же все испортил.
— Я все ещё не понимаю, для чего тебе сидеть в тюрьме, далекой от идеала. Что Ва… Он забыл в этой дыре?
Резко разворачиваясь, Мелло, пряча оружие за спину, хватается за мои плечи, вмиг встряхивая.
— Очнись. Мы в главном секторе отдела, который отвечает за особо опасных преступников. В моем досье прописано плевое хулиганство. Но ты уже знаешь, что на самом деле скрывается за этим. Так теперь подумай, что за подноготная в личном деле остальных людей, что находятся в оставшихся камерах.
Осознание того, что я хорошенько ложанулся, заставило скривиться.
— Я уйду незаметно… Никто даже и не будет знать, что я здесь…
Договорить мне не дала вовсю орущая сигнализация: система активировалась десять минут назад. Запоздалая мысль о том, что нужно было проверить сообщение на сотовом, хлесткой пощечиной прошлась по лицу, заставив то вспыхнуть.
— Стой, — Мелло поймал меня за руку, не успел я потянуться к двери.
