Энн предполагала, что здесь еще имеет место проверка на скрытую форму шизофрении. Хотя… Точно она сказать не могла.
Девушка подозревала, что тест разрабатывался далеко не один год. Какая-то система улавливалась, но временя размышлять над этим — это бездарно потраченные ресурсы.
Единственное, что смогла понять Анна — вопросы о семье и родителях шли с периодичностью 6, 6, 1, 3… Последовательность верна? Или нет?
Осталось три часа, папка девушки заметно похудела. Другие участники также в поте лица напрягались: блуд интеллекта по лицу не читался только у Фурри. А все-таки интересно, что он тут забыл?
Машинально взяв следующий лист, Энн с удивлением на него уставилась.
«Зафиксируйте все ваши наблюдения. Напишите все, что показалось вам закономерным, общее впечатление от теста. Обязательное условие: не заглядывать в стопку переработанных листов. Не поднимайте головы — датчики фиксируют все движения…»
Тело Анны напряглось. Подвох.
«…Что вы можете сказать о каждом из участников теста?
Детально опишите, логическое обоснование мнения даст вашей работе преимущество над остальными соискателями. В вашем распоряжении 15 чистых листов. Минимальный объем — 7 листов”.
Мда-а-а-а-а.
Энн усмехнулась и, тяжело вздохнув, принялась за работу. Она напишет все. Включая количество столов, ступеней и вопросов теста. Ну и по участникам проедется комбайном.
Когда Анна поставила точку в последнем предложении и сложила листы аккуратной стопкой, с динамика донеслось:
— Энн Миддл, просьба выйти с аудитории.
Наблюдение идет онлайн? Забавно.
Она поднялась со стула и направилась к той двери, откуда заходила в помещение.
Створка поехала, и девушка вышла.
Обоняние сразу намекнуло на перемену ароматов, Анна поняла: в воздухе аудитории витала какая-то еле ощутимая примесь.
Сладковатые ноты, казалось, танцевали на языке. В коридоре же, напротив, витал аромат свежести. Она сделала пять шагов на пути к лифту, прежде чем почувствовала неладное. Глаза успели уловить тревожное красное мигание интерфейса, но стало поздно, темнота распахнула крепкие дружеские объятия.
Глава 9. Загрузка компонентов
Пробуждение оказалось не из самых приятных ощущений этой жизни. Терзало чувство, что очень долгое время Энн провела в условиях отсутствия комфорта. Мышцы и суставы кричали о натруженности, страшно было подумать, что с ней творили, пока она спала.
Анна повела шеей. Мышцы откликнулись болью, но в голове было ясно, подозрительно ясно.
Девушка не чувствовала сонливости, незадача — головой вертеть было неудобно — толстый ремень прочно фиксировал шею. Как и все остальные части тела. Из движений осталось разве что вертеть головой в достаточно ограниченном углу обзора. Неприятненько, однако.
— Энн Миддл, вы меня слышите?
— Так точно, — выжженная пустыня во рту дала о себе знать низким, сиплым голосом.
— Воды? — поинтересовался знакомый, приятный, мужской голос.
— Буду премного благодарна.
Чья-то рука мелькнула в поле зрения, пальцы аккуратно прислонили ко рту гибкую трубку. Энн, не растерявшись, тут же подхватила ее одними губами и потянула.
Минеральная вода с ароматом химического лимона, фи. Слегка соленый вкус и вовсе портил все впечатление, но за неимением лучшего почему бы и нет.
— Вопросы есть?
— Да, — отозвалась девушка, безуспешно пытаясь найти собеседника глазами, тот был вне поля ее видимости.
— Если вы уже готовы слушать…. — он сделал долгую паузу, ожидая ответа.
— Готова.
— Вы успешно прошли тест на распределение. Согласно предварительно заключенному договору, с момента прохождения всех необходимых интервью и опросов, вы переходите полностью в наше распоряжение. Вы внимательно читали ВСЕ пункты предварительного контракта?
— Да.
Энн не удивилась подобной политике разговора. За похищение людей или принуждения на стороне пострадавших всегда имела вес большая буква Свода уголовных наказаний и штрафов. На самом деле, Анна ожидала, что будут еще какие-либо мероприятия, но раз восьмичасовой тест оказался последней ступенью, так тому и быть.
В контракте значилось, что с момента утверждения ее кандидатуры на решение определенной задачи, «Лодж Инкорпорейтед» имеет право интеграции дополнительного программного обеспечения в её наносеть.
— Мне будет больно?
— Мы все уже внедрили, пока вы были под действием препаратов.
И действительно. Память услужливо подкинула обрывки воспоминаний, взявшихся ниоткуда. Те же стены, тот же антураж и беспомощность.
— А когда меня отпустят?
Звук легкой усмешки со стороны собеседника. Энн это не понравилось, слишком все смахивало на сюрреалистичное повествование о пытках святой инквизиции.
