— Сейчас не время и не место, чтобы вести такие разговоры. Опасно обсуждать причастность будущего падишаха к нападениям.
— Да плевал я на твою осторожность, — процедил сквозь зубы ведьмак. Ярость внутри него поднялась и буквально клокотала. — Я доверял тебе, а ты все это время обманывал меня. Возможно, ты и нанял меня из чувства долга, но при этом умолчал о самом главном.
Он на секунду замолчал. Однако Искандер не думал прерывать его.
— Знаешь, мне осточертела эта страна, — сказал Геральт уже более спокойно. — Я достаточно нахлебался здесь говна и больше не хочу слышать ни о тебе, ни о тех, кому ты служишь. Считай, что на этом мы с тобой закончили. Дракона больше нет, так что этот контракт выполнен. Мою награду ты можешь оставить себе. Я бы и так ничего не взял, но после этого разговора мне от тебя ничего не надо.
Искандер вспыхнул, однако удержался от опрометчивых слов. Только сильно, до побелевших костяшек сжал руки в кулаки. Геральт уже дошел до дверей кабинета, когда до него донесся хриплый голос визиря:
— А ее ты тоже не сможешь простить?
Первым порывом ведьмака было проигнорировать его непонятные слова и уйти. Однако он заставил себя обернуться.
— О чем ты?
— О госпоже Меригольд, конечно. И о её участии в этом деле.
Геральт сложил руки на груди. Как бы он не хотел побыстрее покинуть этот дворец, любое упоминание о чародейке заслуживало внимания. Особенно в контексте её безопасности.
— Не надо испытывать мое терпение. Причем тут Трисс?
— При том, — нарочито мягко заметил визирь, — что если разбираться в том, кто обманул тебя, то это прежде всего чародейка. Она не только знала о готовящемся восстании, она тайно поддерживала его.
Геральт внимательно посмотрел на Искандера. В его глазах отразилось нечто большее, чем ярость. Он вернулся к овальному столу и сел напротив визиря.
— Хорошенько взвесь каждое слово, прежде чем продолжить дальше, — спокойно предупредил он. Прежняя ярость, бушевавшая внутри него, как будто разом растворилась. Уступила место угрюмой решительности. — Хорошенько взвесь.
Визирь выдержал паузу.
— Она прибыла в Офир с конкретной целью. С самого начала ее участие в расследовании было лишь для отвода глаз. У неё были другие цели. Вся информация о тебе, обо мне и о наших поисках просачивались именно через неё.
— Это всего лишь слова, — отрезал ведьмак. — Набор ничего не значащих обвинений. Где доказательства?
Искандер достал из кипы бумаг несколько тщательно сложенных листов и аккуратно развернул их.
— Доказательством может послужить донесение реданской разведки. Старая утерянная бумажка, о том, как принц Ардэшир проводит свой досуг, пока учится в Оксенфурте. Например, наведывается к одной юной рыжеволосой чародейке, которая живет поблизости.
Искандер аккуратно разложил исписанные листы перед ведьмаком.
— Они были любовниками, пока учились в Оксенфурте.
Геральт даже не взглянул на пожелтевшие бумаги. Казалось, внешне он оставался таким же спокойным, как и прежде.
— Рассказывай, что знаешь, — негромко попросил он.
Искандер понимающе кивнул и продолжил:
— Я тщательно проверяю всех, кто попадает в Офир, особенно тех, кто оказывается во дворце падишаха. Но с ней, признаться честно, оплошал. Никогда серьезно не рассматривал женщину как угрозу, и поэтому чародейка меня благополучно обдурила. Когда вы стали близки, я заинтересовался ей и перечитал на досуге её досье. И, представь себе, обнаружил весьма любопытный факт. Она посещала лекции в Оксенфурте примерно в одно время, что и принц Ардэшир. Интересное совпадение, не правда ли? Это не могло не привлечь мое внимание, так как я не верю в совпадения. Я приказал своим людям копнуть поглубже и на некоторое время позабыл об этом. А потом это, — визирь указал рукой на досье. — Оно попало ко мне буквально пару дней назад. Старое донесение разведки о том, что Ардэшир тайком ходит к госпоже Меригольд. Пока принцы учились за морем, мы обеспечивали им надлежащую охрану и сотрудничали с Реданией. Поэтому я могу поручиться за них. Им незачем лгать.
На протяжении всего монолога лицо ведьмака оставалось невозмутимым. Сложно было сказать, что он сейчас реально чувствует.
— Мне следовало помнить, что женщинам нельзя доверять. Тем более чародейкам из Северных Королевств. Если тебя интересует её роль в этом деле, то у меня пока нет никаких конкретных доказательств. Просто не было времени, чтобы докопаться до правды. Но я уверен, что раз они с Ардэширом знали друг друга и раньше, то она оказалась здесь отнюдь неспроста. Пока это всего лишь мои догадки.
Геральт заставил себя прочитать первую строчку донесения. Через мгновение буквы расплывались у него перед глазами. Память услужливо подсунула ранее забытые слова, которым он не придал никакого значения.
— Несмотря на все твое ерничество, честно признаюсь, что по-своему проникся культурой нордлингов, — сказал ему Ардэшир при их первой встрече. — Было время, когда ваши обычаи и женщины серьезно увлекли меня. На Северные Королевства пришлось самое мирное и счастливое время в моей жизни.
Перед ним возникло напряженное лицо принца:
