Девушку звали У Мингжу. Сначала ее насильно выдали замуж за правителя небольшого города на юге страны, и Дао Тиан это очень не понравилось. Она дала понять, что не потерпит такого обращения с беззащитной девушкой от того, кто в нее верует и ей поклоняется. Другие верующие поняли божественные знаки превратно и принесли девушку в жертву. В небесной столице считали, что Дао Тиан после этого испытывала неудобство перед девушкой, но и отправить ее в ад на перерождение она не могла. Поэтому отдала своему другу в помощницы. У Мингжу числилась его служанкой, но выполняла просьбы Дао Тиан, которая, в свою очередь, пыталась тайно помогать Фа Хангу. У Мингжу была не идеальным, но надежным прикрытием. И ее все устраивало – они были в этом похожи с Сяо Тун: обе предпочитали опасности внешнего мира богатой спальне.
– Вам не стоит переживать, – начала У Мингжу, но Лин Ху перебил ее:
– Это только начало. Мы постоянно будем попадать в такие ситуации. Люди будут умирать из-за нас. Повезло, что в этот раз этого не произошло. Мне очень жаль, что так получилось, но мы предлагали им вернуться.
Все это время он убеждал себя, что Бань Бао пострадал не из-за него, а из-за прихотей Вэй Чжимина и его подельницы. Его совесть должна быть чиста… но это не так. Стоило закрыть глаза, и он видел шрамы на лице Бань Бао. А его крик все время звучал у него в ушах. Раны Бань Бао были его виной, хотя Лин Ху и не понимал, что мог сделать. Связанный по рукам, ногам и даже глазам.
– В любом случае, мы рады, что с вами всё в порядке. Боюсь, ваше путешествие там же могло и закончиться, – попыталась сменить тему У Мингжу. Лин Ху откинулся на спинку стула и напомнил:
– Теперь можно двигаться на юг, где потеплее. И не бежать. Главное, на одном месте долго не оставаться. А так мы сейчас в относительной безопасности, да?
Фа Ханг улыбнулся и кивнул, все его враги сейчас были заняты. Одних судили, вторые против них свидетельствовали, третий искал способ их спасти и сделать так, чтобы те не сболтнули лишнего. Сяо Тун его радости не разделяла. Последний раз они столкнулись с кланом Джинхэй еще до того, как выпал снег. Строго говоря, этот клан был меньшей из их проблем – они хотели только забрать Сяо Тун обратно и запереть в основном поместье. Никому бы и в голову не пришло убивать хоть кого-то из них троих. Второй проблемой, и уже куда более серьезной, был клан Тьен. Глава клана желал смерти Лин Ху, но отец был занят другим сыном, наследником, и, пока они предъявляли друг другу претензии, им было не до погони. Лин Ху же нигде не говорил, что второй наследник выжил, редко попадался на глаза обществу заклинателей, ни разу не заявлял о принадлежности к клану Тьен, и никаких отличительных знаков у него с собой не было. То есть он нигде не мог опозорить клан или разоблачить обман, рассказать, что второго наследника не убивали за предательство. Так что пока клан Тьен их не беспокоил. Скорее всего, они могли остаться в городе еще на несколько дней, а затем двинуться к теплым землям.
Возможно, следовало опасаться других врагов. Но Сяо Тун понятия не имела, есть ли у Вэй Юшенга дети и наследники и кого они могут послать против них. К тому же они так и не узнали, кто отправил Бань Бао. Он говорил, что это поручение его учителя, но имя было им незнакомо. Это означало только одно: еще кто-то выступал против них. Кто-то, кто знал про Фа Ханга и хотел, чтобы Вэй Юшенг умер и в этом воплощении.
Пересказав все новости из небесной столицы, касающиеся их, У Мингжу ушла, снова надвинув капюшон на голову. Фа Ханг помог Сяо Тун добраться до ее комнаты, лечь в кровать. В нынешнем состоянии Сяо Тун нужно было еще три дня, чтобы залечить ногу. Когда они перевязывали рану в первый день, в ней виднелась кость. Сейчас было уже намного лучше, рана оставалась сухой и больше не кровоточила.
В накладках на ногтях у Го Юнхуа был яд, но у троицы еще после первой встречи с демонессой появилось противоядие, которым они и воспользовались. А Бань Бао наверняка помогли в небесной столице. Могли бы, конечно, и новый глаз дать, но, скорее всего, посчитают, что он не заслужил. Тем более если он признал, что нарушителей поймал не сам. В конце концов, Бань Бао был для небожителей смертным и не очень выдающимся заклинателем. Он был ценен только как свидетель.
Фа Ханг задержался в дверях комнаты Сяо Тун и ласково предупредил:
– Я буду через стену. Не терпи боль – если что-то нужно, например, поесть, позови меня. Я принесу или отнесу тебя.
– Ты так быстрее вылечишься, а то мало ли – понадобится бежать, – добавил Лин Ху из коридора.
Сяо Тун махнула им рукой, выгоняя. Она выглядела сонной и уставшей, хотя была середина дня и вовсю светило солнце. Техника восстановления забирала очень много сил. Фа Ханг не зря спрашивал про еду. Сейчас, в холоде и без водоемов рядом, еда была единственным доступным источником энергии, и девушка ела больше, чем обычно. И спала тоже. Она и сейчас собиралась поспать, тем более что никаких дел у нее не было. Фа Ханг осторожно прикрыл дверь, направился в свою комнату.
