Судья явно наслаждался всеобщим вниманием. Он нашел среди свитков один, написал на нем приговор и тут же поднялся зачитать его.
– За свои преступления и опасное поведение преступники приговариваются к заточению. До тех пор, пока они не искупят своих преступлений или не раскаются в них.
Небожители обычно всех наказывали одинаково: обрушивали скалу, придавленный демон в таком состоянии должен был доживать вечность. Вот уж правда, лучше смерть. Но Лин Ху ощутил облегчение. Наверное, Вэй Чжимин все это время наблюдал за ним, потому что, едва прозвучали последние слова приговора, он закричал:
– Что, ты счастлив?! Пришел убедиться?!
Пока заканчивалась процедура и все поздравляли друг друга со справедливым решением, Бань Бао тоже заметил, что Лин Ху движется к выходу. Кажется, молодой заклинатель все же хотел что-то сказать, но был слишком далеко. Лин Ху же был сосредоточен на реакции Ван Хайфена. Тот спокойно сидел на своем месте и даже не смотрел в его сторону. Казалось, бог войны сейчас больше озабочен судьбой родственников друга, чем каким-то там заклинателем.
Стоило пройти несколько шагов по коридору, каким он пришел в зал, как стало понятно, что юноша оказался слишком наивен. Путь ему преградили трое – скорее всего, какие-то генералы или воины, погибшие честной и благородной смертью. Один выглядел древним воином, доспехи на нем были еще ненадежные, из смеси дерева и кожи, грубо обработанные. Второй – из эпохи более поздней, доспех на нем представлял собой соединенные металлические пластины, местами ржавые. Третий вообще не выглядел как воин, скорее, как заклинатель в легких шелковых одеждах. Лин Ху остановился.
«Мои кости хрупкие. Я весь хрупкий. Если я не смогу сбежать – они сломают меня. Но я не скажу, где Фа Ханг».
– Куда же вы собрались? – оскалился воин в ржавых доспехах. – Суд еще не закончен.
Служители нижних небес все-таки не небожители. Они были примерно равны заклинателям. Да, сильнейшим из них, но в обычных обстоятельствах и Лин Ху не считал себя слабым. Но не сегодня…
– Приговор уже объявили.
– Неважно. Мы за вами. Не напрягайтесь так, уважаемый заклинатель. Хотя вашего лица почти невозможно созерцать, но по глазам видно, что вы собрались драться насмерть. Этого, право, не нужно. Мы здесь, чтобы предоставить вам безопасное место, а не наказать. Наш небожитель хотел бы взять над вами покровительство.
Лин Ху принял правила игры, поклонился, пытаясь выглядеть менее напряженным, и ответил:
– Простите, но мне не нужно покровительство. К тому же я спешу. Мне нужно вернуться в свой мир…
Лин Ху думал, что проблемы начнутся, когда он попытается пройти мимо них, но, пока он стоял склонившись, его атаковал служитель в кожаном доспехе, попытался ударить локтем в затылок. Лин Ху увернулся, но только потому, что атаковал его один, и довольно грубо.
– Надо пойти с нами, – коротко приказал воин в ржавом доспехе.
– Что происходит?! – В коридор уже вошла У Мингжу и теперь быстро приближалась к ним. Оружия у нее с собой не было, как и воинов.
Не то чтобы юноша недооценивал ситуацию, он понимал, насколько все серьезно, но еще лучше это понял и осознал, когда воин в кожаном доспехе скользнул мимо него к девушке и пробил ей грудь рукой с такой силой, что окровавленная ладонь вышла со спины. У Мингжу даже не сразу поняла, что произошло, открыла рот, чтобы возмутиться, но на плечо воина вместо слов полилась кровь. Служанка закашлялась. Но самая большая опасность исходила от слуги-заклинателя. Лин Ху старался не упускать его из виду, но стоило моргнуть – и там, где тот только что сидел, оказалась пустота. Лин Ху оттолкнул противника в ржавых доспехах, но по-прежнему не мог найти его взглядом. Что-то почти нежно коснулось подбородка, потом так же легко потянуло вверх, и Лин Ху сам не понял, как получилось, что он оказался на коленях с запрокинутой головой, глядя в глаза слуге-заклинателю.
– В случае если вы попытаетесь отклонить приглашение, приказано привести силой, – произнес тот спокойно. Его пальцы едва-едва касались шеи смертного, но тот был практически парализован.
Юноша напрягся. В глазах противника промелькнуло беспокойство. Скорее всего, приказ был взять живьем… Лин Ху ощутил, как что-то треснуло и надорвалось в горле. Он знал, что повредил голос и сейчас не сможет сказать ни слова. Это поможет не выдать ничего врагам, но этого недостаточно. Порвав голосовые связки, он вырвался из-под чар и смог откатиться. Выход был прямо за спиной. А впереди трое врагов. У Мингжу, истекая кровью, лежала на животе в коридоре. Слышались посторонние голоса – нужно было как можно быстрее заканчивать. Более того, нужно было бежать. У Мингжу помогут, она им и не нужна.
