— Я бы сказала, если бы знала, как его зовут! — разозлилась она. — Вскрывай! Не будем терять время.
Не понимая, кто может скрываться за дверьми, принялся «взламывать» замок. Вряд ли там в аквариуме тусил наш пупырчатый Ктулху-на-минималках, которого мы встретили, плывя на лодке. Вряд ли там были остроклыки. И уж точно там не могло быть нашей призрачной женщины из отеля, нагонявшей кошмары на спящих мужчин.
В полном недоумении медленно открыл дверь в комнату. В отличие от предыдущих, она была тускло освещена небольшим прямоугольником света напротив входной двери, поэтому сразу даже не понял, что это за помещение и для чего предназначено.
Вошли внутрь, Шен нащупал выключатель. Зажёгся свет. Мы находились в небольшой «приёмной», где стояли стол и пара стульев. Комнатка по сравнению с другими выглядела крохотной. Но это лишь потому, что на самом деле их было две. Стена с прямоугольником света разделала пространство. И за той стеной была камера, в которой содержали ещё одного подопытного.
Я подошёл к небольшому застеклённому окошку в двери, откуда распространялся тусклый поток света. Заглянул внутрь и поначалу ничего не увидел, кроме светлых стен и пустого пола. Затем увидел с одной стороны кровать, с другой — сидящего на полу парня нашего возраста в светлой пижаме, шепчущего что-то себе под нос. Его светлые волосы были почти в тон всему остальному. Он сливался с окружающим «миром», но не потому, что это была какая-то способность. Просто так уж сложилось, что он родился альбиносом.
— Бобби?.. — позвал Шен, прильнувший к окну. — Это же Бобби! Пропавший парень. Один из тех, кого убил Уолтер-Джек Тейлор!
— Видимо, не убил… — заключила Ляся. — Видимо, парня забрали под шумок, когда студенты начали исчезать ни с того ни с сего. И если на Агату и остальных действительно напал призрачный душитель, то Бобби вывезли с территории Школы для экспериментов.
— И так-то целителей среди Героев не много, — посетовал Шен, — так ещё и ректор одного себе в подопытные забрал.
Парень тем временем прекратил причитать и поднял на нас взгляд. Сначала даже вздрогнул, но потом попытался встать, опираясь на стену. В его широко распахнутых светло-серых глазах читались изумление и искорка надежды. Походка оказалась неровной, он несколько раз запнулся, медленно и неуверенно переставляя ноги. Возможно, его накачали какими-то веществами или пытали как Барабашку. С этих извергов станется. Им, кажется, плевать на всё и на всех.
— Вы правда тут?.. Правда? — спросил он, положив руку на стекло.
— Правда, — улыбаясь ответила Ляся. — Тебя мы тоже вызволим! Не бойся! Мучения окончены…
Но ничего пока был не кончено. Предстояло взломать камеру, не привлекая внимания, вернуться к Агате, забрать их с Барабашкой и покинуть эту подпольную лабораторию без потерь. Затем сдать ректора репортерам и представителям власти и завершить его карьеру в Высшей Школе Героев.
Шен приложил карточку, украденную у одного из докторов, но панель лишь мигнула зелёным и попросила ввести код.
— Какой ещё код? — вспыхнула Ляся. — А ну открывайся!
Но панель была непреклонна.
— И как нам его подобрать? — Шен осмотрелся, будто ища подсказки.
— Жировой след… — предположила Ляся. — Некоторые места на глянцевой панели чуть больше залапаны. По ним можно попробовать вычленить цифры.
Панель погасла, и девушка принялась пристально изучать поверхность.
— Вижу тут четыре наиболее жирных пятна, — заключила она. — Семь. Пять. Три. Два.
Она приложила карточку и ввела их в такой последовательности. Панель моргнула красным и вывела предупреждение, что осталось четыре попытки.
— Что ж… Четыре шанса. И на один вариант меньше, — произнесла она философски.
— А сколько всего вариантов? — спросил Шен, пытаясь что-то высчитать.
— Смотри. Чисел действительно всего четыре. Я боялась, что какое-то может повторяться, тогда это значило бы, что ввести придётся пять значений, одно из которых дублируется. Или ещё хуже — шесть, где дублируются два… Ну и так далее. Но нам повезло. Код четырёхзначный. Цифры не повторяются. Тогда выходит, что количество комбинаций равно четыре факториал.
— Что за абракадабру она сейчас произнесла? — Шен уставился на меня, в надежде, что я разъясню.
Я же решил не лезть. Если Ляся не может доходчиво объяснить, что и мне не стоит пытаться.
— Четыре факториал это четыре умножить на три, умножить на два, умножить на один.
— А на один зачем? — удивился он.
— Формула такая, не перебивай. Получается двенадцать на два, то есть, двадцать четыре! — победоносно произнесла она. — Один вариант я уже проверила, значит, всего двадцать три.
— Но попыток осталось всего четыре? — уточнил Шен.
— Да!
— Тогда чему ты раздуешься? Тоже мне математик! — фыркнул он. — Считать умеет, а в реальности толку ноль.
Ляся насупилась, но спорить не стала, аргументов против простой железобетонной логики Шена не нашлось.
— Ещё неизвестно, что будет, если ввести код неправильно в последнюю из попыток. Возможно, завизжит сигнализация, и тогда всем нам хана. — Сам того не желая, подлил масла в огонь.
