Тройной сальхов.
— Что ты хотела? — тон тренерский. Как обычно. Какой был раньше.
— Я… Просто… Ладно.
Нужно действовать, а не думать. И это девиз того, что Катя сделает дальше. Лёгкими шагами, но быстро, она подходит к Ушакову и мысленно радуется, что коньки добавляют роста.
— Опустите голову.
Тройной лутц.
— Что? — «Она что, прямо сейчас решится? Да нет, Денис, она же спокойная и боязливая».
Поцелуй? Да нет. Нет. Он хочет, но не верит, что Катя способна это сделать. Хотя, так дрожит и боится, что это наверняка что-то… нестандартное. Хоть бы поцелуй!
Мысли пролетали в голове Дениса так быстро, как не пролетала ни одна фигуристка, когда заезжала на прыжок.
Тройной флип.
Ушаков опустил голову, не получив ответа на свой вопрос. Лёгкое движение девичей головой и она оставляет мазок губами на его щеке.
— Спасибо вам… за всё, что вы делаете для меня.
«Чувствую себя маньяком!» — в сердцах кричит Денис, а от злости хочется топнуть ногой. Чертова Катя, ну почему ты такая недоступная, боязливая и… и вот это делаешь?! От тебя сносит голову, хочется притянуть и просто целовать. Но, нельзя!
Они стоят так очень долго. Катя просто смотрит в пол, а Ушаков думает, что сказать. Не придумав, он просто загребает её в лёгкие объятия, которые Катя в любое время может разорвать. Но, она этого не делает.
Тепло. Сердце бьется под щекой. Дыхание щекотит макушку. А твои глаза прикрыты. Так выглядит счастье?
«Возможно» — ответила себе на свой вопрос Катя.
— За прокат произвольной программы Дарья Калинина набирает 186.22…
«Новый мировой рекорд».
— … в сумме баллов она набирает 276.57 баллов. И это первое место!
«Второй мировой рекорд».
Катя разочарованно сжимает губы, сильнее вдавливаясь в Дениса Руслановича. А он ничего не говорит. И так всё понятно. Разочарование, грусть, желание, чтобы всё было по-другому.
— У тебя всё ещё будет, — лёгкий поцелуй в макушку.
— У нас… — шепчет Катя, а Денис вслушивается, не послышалось ли, — Вы же мой тренер. Мы вместе.
— Да, — он смеется, — Вместе.
— Панкратов, пошёл вон со льда! Зачем ты вообще на льду, если ничего не можешь сделать?!
Утро. Одна из тех тренировок, которые вытягивают из тебя всё. Финал Гран-При прошёл, всё давно забыто, в голове только Чемпионат России. До которого неделя с небольшим. И если большинство спортсменов в старшей группе штаба были на энергии после Финала Гран При, Тимуру приходилось тяжело. Денис Русланович всё же дал добро на участие в Чемпионате России, но требовал от него теперь тоже в несколько раз больше. Теперь это не спортсмен, который восстанавливался и пропускал сезон, а тот, кто собирается отобраться на Чемпионаты Европы и Мира.
Он восстановил четверные. Пока, увы, проблемы были с четверными на травмированную ногу, но четверные лутц и флип шли просто замечательно. Но, на другую ногу вообще ничего. Ни сальхов, ни тулуп. Даже аксель только двойной, на тройном его раскрывало и он улетал или в степ-аут, либо делал бабочку. В общем, всё было не очень, и Чемпионом России Тимуру точно не стать.
Тимур зашёл в очередной аксель, стараясь сделать его в три оборота. А в голове каждый раз звенел короткий разговор с Евой, произошедший одним утром, когда Тимур в очередной раз еле поднялся с кровати.
— Ты себя ломаешь… ты уверен, что это то, что ты хочешь делать в свои двадцать четыре?
— Сама знаешь ответ, — Тимур потянулся к тумбочке, чтобы ухватиться за неё и наконец-то встать, — Это вся моя жизнь.
Она понимала. Сама знала, что такое — выходить на лёд. Увы, её карьера закончилась окончательно и бесповоротно. Ни единого шанса блистать на льду.
Тройной аксель.
Он свалился, но вовремя успел подставить руки, и не коснулся льда ничем, кроме рук и ног. Левая нога предательски ныла. Возможно, если бы он вколол обезболивающие, тройной аксель получился бы, но садиться на обезболивающие так рано не хотелось. Возможно, за пару дней до Чемпионата России и стоило бы, просто в профилактических целях.
Калинина в прекрасной форме. Каждую тренировку идёт всё дальше и дальше. Это про старшую, конечно же. Да и младшая не отстаёт, после провала на ФГП она выкладывается на каждой тренировке на сто двадцать процентов.
Что касается Кати… тут всё было не очень однозначно. Она была на льду, но с каждым днём её участие в Чемпионате России всё больше и больше ставилось под вопрос. Ставилось Денисом Руслановичем, потому что сама девушка это отрицала. И тут сыграл злую шутку факт того, что они с Ушаковым жили вместе. Невозможно было ничего скрыть.
Катя болела. Грипп, простуда, непонятно. Что-то такое, что она игнорировала, раз за разом приходя на лёд, а дома задыхаясь от кашля.
— Тук-тук, — Ушаков сначала постучался рукой, а затем и произнёс это, заходя внутрь, — Ты чего тут?
— Всё в порядке, — голос сел от продолжительного кашля, а сама Катя выглядела очень бледно в лунном свете, — Сейчас, скоро спать уже буду.
— Да-да… хорошо, — Денис Русланович поставил перед ней кружку с горячим молоком, — Выпьешь. Спокойной ночи.
