– Похоронив в памяти свое прошлое, я сложил все подарки Дайи в ту же комнату – все, что напоминает мне о моем племени. И вот ночью я ходил там. Можно назвать это путешествием в прошлое.
– И ты нашел ответ на вопросы, которые мучают тебя?
Он пожал плечами:
– Не уверен. До сих пор не нахожу покоя, но, думаю, надо попробовать решить некоторые вопросы.
– Давай начнем. – Она хотела коснуться его, но, боясь нарушить хрупкость момента, опустила руки.
Он взял флейту и сыграл несколько тактов мелодии, которую они прежде исполняли вместе. Закончив, он улыбнулся.
– Эту флейту подарила мне Дайя. Она научила меня песням предков.
– Я рада, что ты помнишь их.
– Я вдруг обнаружил, что помню о прошлом гораздо больше, чем мне казалось.
Она закрыла глаза и одними губами прошептала молитву, благодаря Всевышнего. Если Джесс помнит прошлое племени, может, он не откажется взять и его будущее.
– И это не только светлые воспоминания, но и печальные.
– Неужели ты считаешь, что в этом мире можно жить, совсем не страдая? – спросила она.
– Конечно, невозможно избежать сложностей, но гораздо легче, когда есть с кем разделить трудности.
– С тем, кого любишь? – осмелилась спросить она.
– Дайя учила, что где любовь, там гармония.
– Большой Хозяин много говорил о жизни и гармонии – гармонии с природой, с самим собой. Тебе не кажется, что вдвоем, с нашей любовью, мы скорее одолеем два мира?
Он глубоко вздохнул и покачал головой, почесав затылок.
– Мой отец попробовал. Ему не удалось. Я тоже могу попытаться, но кто знает, что из этого выйдет. Нет никаких гарантий.
– Но неужели ты не замечаешь, что давно черпаешь из обеих культур, когда чувствуешь необходимость в этом.
Он нахмурился, она продолжала говорить.
– Когда я потерялась в пустыне, ты, чтобы отыскать меня, пошел на то, чтобы принять участие в обряде гадания по звездам. Когда же мы столкнулись с доктором и двумя убийцами, ты вел себя и рассуждал, как белый, чтобы избежать опасности.
– И ты считаешь, что это можно так назвать? – спросил он, но на этот раз в его голосе звучало меньше сомнения.
– Ты постоянно сталкиваешься с этим в своей жизни. Подумай над этим – у тебя вполне достаточно опыта в этом отношении. Так же, как я приобрела опыт, путешествуя по миру. Каждая страна, в которой я побывала, помогла мне по-новому смотреть на события. У нас с тобой есть два народа – большинство людей не располагает этим.
– Ты снова повторяешь слова Дайи. Как бы я хотел, чтобы ты знала ее.
Осень подняла голову и увидела на небе первые вечерние звезды.
– А она знала Большого Хозяина?
– Они часто виделись. Она ведь была знахаркой. У них было много общего.
Джесс наблюдал, как Осень осмысливает то, что ее дед и его бабушка знали друг друга. Хотелось бы ему знать, что она об этом думает. Его очаровала красота ее лица. Волосы ее ниспадали вниз, словно черный шелковый занавес. Ему хотелось погрузить в них пальцы, но они должны окончить разговор, прежде чем он коснется ее.
Ему хотелось рассказать ей о пророчестве Дайи. Она должна знать. Он сам, зная о нем, вынужден был признать, что оно сбылось. Но он не был уверен в том, что может поделиться этой уверенностью с ней.
Осень заговорила, рассеивая его нерешительность.
– Я тоже мечтаю об этом.
– Она рассказала мне о тебе, когда я был совсем мальчиком.
Их взгляды встретились.
Он показал рукой на каньон, где когда-то селились их предки. Развалины едва можно было разглядеть во мраке ночи.
– Мы сидели тогда с ней в пещере. Мне, вероятно, было лет девять-десять, но я отчетливо помню все, словно это происходило вчера.
Он не мог не помнить. Ему снова и снова вспоминались слова Дайи. Они преследовали его с тех пор, как он вернулся на Койотовые Ручьи. Не уверенный сначала голос теперь обрел твердость. В нем слышалось доверие. Осень слушала. Она не судила его и не смеялась, а сосредоточенно ловила каждое слово.
Он вспомнил, как он представлял себя отважным воином, каким хотел стать. Реальность была так далека от его тогдашних мечтаний.
Джесс вспомнил, что его тогда заинтересовало, как же он сумеет спастись. Ее ответ донесся, словно эхо, сквозь годы.