– Я чувствую себя прекрасно, – сказала она, но ответ ее прозвучал слабо, осипло и натянуто. Качая головой, она подтвердила: – Нет, я ничего не боюсь. Я просто схожу с ума из-за этих замкнутых пространств.
– Печальный опыт, наверное?
Она кивнула.
– Когда мне было лет десять, мы жили в Рио. Был большой праздник, и я потерялась. Одна в движущейся толпе людей. Толпа прижала меня к стене, и я думала, что меня раздавят до смерти. Прошло около двух часов, прежде чем мои братья, в конце концов, нашли меня.
– И что они сделали?
– Проложили путь сквозь толпу, а позже научили меня каратэ.
– Сразу заметно, – улыбнулся он.
– Чувствуя себя бодрее, она оперлась о стену.
Джесс пошевелился, и снова ей на ум пришла вчерашняя ночная прогулка. Его поцелуй был неожиданным – так же, как и ее ответ на него.
Ей хотелось спросить, осталось ли у него хоть что-то от прежнего чувства – или поцелуй на самом деле был только предлогом, чтобы задержать ее, как он говорил.
Солнечно-бронзовые волосы упали ему на лоб, а его рубашка цвета хаки обтягивала тугие мускулы. Он только что беспокоился о ней, и она хотела бы поблагодарить его за участие. Она заколебалась, пытаясь понять, будет ли он с нею откровенен или решит подождать до лучших времен.
Такая возможность ускользнула, когда Вейн повел всю группу ученых и журналистов из пещеры. Конни следовала за ним и бросила цепкий взгляд в их направлении, но тут же мгновенно повернулась, чтобы сказать что-то профессору. Другие осторожно выносили таблички и складывали их вдоль внутренней стены пещеры. Осень присоединилась к ним, в какой-то мере испытывая облегчение оттого, что их прервали. Она не была уверена, что смогла бы принять спокойно любой из ответов Джесса.
Доктор Дэвидсон распоряжался, куда и в каком порядке складывать таблички. То, насколько беспрекословно выполнялись его распоряжения, подтверждало, что он не утратил свой авторитет и сохранил умение руководить ответственными работами. Таблички были выставлены для изучения экспертами. Они собрались на маленькой площадке и взволнованно переговаривались.
– Невероятно, – сказал картограф. – Я по-прежнему не могу поверить, что анасази пришли из Мексики.
– Мексиканское происхождение подозревалось некоторыми из исследователей, – сказал доктор Дэвидсон, осматривая лежащие перед ними таблички. – Анасази создали целую систему торговли: проложили торговые пути, основали таможни, центры торговли.
– Я полагал общепринятой теорию, по которой несколько лет засухи вынудили анасази покинуть свои дома и переселиться, – вступил в разговор Джесс.
– Да, это была устоявшаяся теория, но не доказанная. Теперь я нашел вот это. Взгляните. – Он склонился, чтобы показать необычные очертания и цифры, выбитые на камне. – Они поведают об истинной истории анасази.
Осень улыбнулась, глядя на профессора, продолжающего свои объяснения. Случайно она встретилась взглядом с Вейном, который стоял рядом с ней, но большую часть времени она наблюдала за другими. Было приятно чувствовать себя частью того, что вызывало такой глубокий и неподдельный интерес. Тот факт, что эти таблички оставлены ее предками, вселяло в нее чувство гордости и единения с историей. Не это ли имел в виду ее отец, когда говорил ей, что разыскивание своих корней подобно определению своего места в мире?..
Поможет ли это открытие понять в настоящий момент ее собственное место – она не знала. Время, очевидно, подскажет. А пока она будет ждать с открытым умом ученицы. Ожидание – это тоже не так уж плохо.
Было приятно находиться высоко на этом утесе. Легкий ветерок охлаждал воздух, в то время как скалы затеняли пещеры от жарких солнечных лучей. Да, за последнее время она научилась любить пустыню. Чистый, хотя и горячий воздух, и ощущение большого пространства дают возможность почувствовать свободу…
Она огляделась вокруг и вдруг вспомнила, как Большой Хозяин говорил ей, что земля – это дно неба. Она любила слушать его рассказы о природе. Она научилась как бы заново воспринимать мир. Проблема была в том, чтобы разрешить конфликт между старыми ее верованиями и новыми. Как раз сейчас и пришел срок это сделать, убеждал ее Большой Хозяин. И тут она забыла о конфликте с кланом, о своих чувствах к Джессу и погрузилась в состояние предвкушения: вот-вот открытие доктора Дэвидсона станет известным!
В течение последующих часов группа тщательно изучала таблички и задавала массу вопросов. Несмотря на отсутствие должного места, были установлены камеры и отсняты фотографии. Обсуждались планы, как сохранить и распределить камни для анализа. Наконец, когда солнце зависло высоко над головой, доктор Дэвидсон настоял, чтобы все оторвались от работ и прервались на ленч.