— Мы сильно выходили из положенной суммы. И то, потом закупились. Или план тот с деревней, слегка безумный, где ты вообще в одиночку полез зачищать.
— Ты заставил взять три десятка человек поверх.
— Ну не заставил, а уговорил, — произнёс Диор, растягивая слова. — Но суть понятна. Ты всегда отвечал за свою сферу, я за свою. На тебе боевая часть, на мне политическая. И сейчас я говорю — нам надо объединиться с Рандомьерами.
— Они нас пошлют.
— Может и пошлют. Но пока не проверишь — точно не скажешь.
— И чем же ты хочешь их завлечь? — скептически поинтересовался я.
— Да даже тем, что враг моего врага — мой друг.
— Они и наш враг.
— До этого момента.
— Ты сам объяснял Исси, почему нельзя с ними объединиться. Они слишком повязаны с Эйрией, они жаждут такого же политического уклада, как там, и наши цели совсем противоположные. Рандомьеры вообще никаким боком нам не подходят, и стоит им узнать о принцессе, как они тут же ударять по нам этим. А сейчас ты неожиданно говоришь, что мы можем стать союзниками.
— Да, — кивнул Диор. — Видишь ли, в чём дело. Ситуация изменилась как у них, так и у нас. И теперь всё совершенно иначе, чем когда мы нападали на Сизых Хвостов. Сейчас у нас куда больше причин работать вместе, чем тогда.
— И что же это за причины? — скептически поинтересовался я.
— Да даже то, что и они, и мы против нынешней короны и её двух отпрысков.
— Маловато причин идти на мир.
Нет, иногда Диор меня удивлял планами.
Мы буквально несколько месяцев назад прессовали их, убивали их людей, крали их заложников и наследников, вставляли палки в колёса, пуская по пизде их бизнес. Между нами накопилось столько неприязни, что за столь короткий срок она просто не могла исчезнуть. И здесь не помогут никакие доводы. Мне даже сложно представить, что их заставит закрыть глаза на произошедшее не столь давно.
Тем не менее, как бы мне сложно согласиться ни было, Диор в политической возне понимал лучше, чем я, и, возможно, он видел способ найти в них союзника. Хотя опять же, зачем нам такой союзник? Или он действовал по принципу: главное — количество, а не качество?
— И всё же. Да, у нас были с ними разногласия, и причём большие, но это тогда, до того, как у них ничего не стало. Никаких шансов пробиться к власти. Когда всё кончится, с них, скорее всего, спросят, и они это прекрасно понимают. А ещё они потеряли часть информаторов и шанс сблизиться с каким-нибудь родом.
— И всё благодаря нам.
— Верно. Но теперь благодаря нам они могут наверстать всё обратно.
— И как же?
— Им важен не политический строй, как в Эйрии. Нет, совсем нет, им важна власть. Просто приди с их помощью Эйрия к власти, и они бы стали благодаря ней одним из самых влиятельных родов, но в действительности способ получить власть им не столь важен. А теперь, когда мы всё им обломали, шансов получить власть у них совсем мало. И их деньги им не помогут, ведь всё всегда упирается даже во власть. Есть власть — есть всё остальное. И мы сделаем им предложение — работать вместе с нами ради того, чтобы принцесса получила трон, а приз поделим пополам. Им сейчас нужен лишь способ примазаться, и всё. Они хотят найти способ примазаться к победе, и мы его предоставим. А вместе с этим предоставим и протекцию, которая им так нужна. И тогда сдавать, что мы с принцессой, им не будет смысла, ведь и они сами от этого получат своё.
— Какое предложение?
— Присоединиться к нам.
— Им от этого ни холодно, ни жарко. С тем же успехом ты можешь им мир на словах предложить.
— Всё верно, но если они станут нашим родственным родом, то все бонусы, что распространятся на нас, распространятся и на них. Мы дадим им возможность присоединиться, а они взамен предоставят нам свои связи. Компроматы на людей, деньги, друзей, которые могут помочь — всё, чтобы набрать вес в предстоящей делёжке власти.
— Всё хорошо, но… так… — стоило подумать, как до меня тут же всё дошло, — ты хочешь сродниться с ними с помощью Асаки?
— Ага. А то чего она там сидит в темнице и не приносит пользу, верно? Как раз идеальное применение, а то и убить такой козырь жалко, и держать немного опасно. Надо жениться на ней, и вот уже наши рода довольно близки и нет смысла воевать, ведь цель у нас одна. Нас соединяют кровные узы, и мы имеем одинаковую цель, польза от достижения которой распространится сразу на оба рода благодаря родству — чем не повод работать вместе?
— Я не буду жениться на ней, — сразу отрезал я.
— Да и вряд ли бы наша принцесса была от этого в восторге. Многожёнство вроде разрешено у нас, однако рисковать всё же не хотелось бы. Я сделаю это.
Я даже не знал, что сказать в первое время.
— Ты?
— Да, я, — кивнул он. — Просто женюсь, скреплю браком наш уговор и рода.
— Она же сумасшедшая.
— Да и плевать. Сейчас не это важно, верно?
Верно-то верно, но…
