Я оглянулся и увидел, что два человека нагребают землю обратно на могилу Бьорна, а потом последовал за Хэстеном в дом и занял за столом центральное кресло — место хозяина. Наблюдая за людьми, ставшими свидетелями возвращения мертвеца, я увидел, что это зрелище убедило их так же, как и меня. Значит, их войска будут сражаться за Хэстена. Восстание против Гутрума, которое распространится по всей Британии и уничтожит Уэссекс, направлял мертвец.
Я опустил голову на руки и задумался о том, как стану королем, как возглавлю армии.
— Я слышал, твоя жена — датчанка? — прервал мои мысли Хэстен.
— Датчанка, — ответил я.
— Тогда саксы Мерсии получат короля-сакса, а датчане Мерсии получат датскую королеву. И те и другие будут счастливы.
Я поднял голову и уставился на него. Я знал, что он умный и хитрый, но той ночью он был внимательно-услужлив и искренне уважителен.
— Что тебе надо, Хэстен? — спросил я.
— Зигфрид и его брат хотят завоевать Уэссекс, — сказал Хэстен, не ответив на мой вопрос.
— Старые мечты, — пренебрежительно проговорил я.
— А чтобы это сделать, — продолжал Хэстен, не обратив внимания на мой тон, — нам понадобятся люди из Нортумбрии. Рагнар придет, если ты его попросишь.
— Придет, — согласился я.
— А если придет Рагнар, то и остальные последуют его примеру.
Хэстен разломил хлеб пополам и пододвинул ко мне большую часть. Передо мной стояла миска с тушеным мясом, но я не притронулся к нему. Вместо этого я начал крошить хлеб, чувствуя под пальцами крошки гранита от жернова. Я не думал о том, что делаю, мне просто надо было чем-то занять руки, пока я наблюдал за Хэстеном.
— Ты не ответил на мой вопрос, — сказал я. — Что тебе нужно?
— Восточная Англия, — сказал он.
— Король Хэстен?
— Почему бы и нет? — с улыбкой спросил он.
— Почему бы и нет, господин мой король, — ответствовал я, заставив его улыбнуться еще шире.
— Король Этельвольд в Уэссексе, — сказал Хэстен, — король Хэстен в Восточной Англии и король Утред в версии.
Этельвольд? — презрительно переспросил я, думая о вечно пьяном племяннике Альфреда.
— Он по праву король Уэссекса, господин.
— И как долго он проживет?
— Недолго, — признался Хэстен, — если только он не сильнее Зигфрида.
— Итак, будет Зигфрид Уэссекский? — спросил я.
Хэстен снова улыбнулся.
— Рано или поздно — да, господин.
— А что насчет его брата Эрика?
— Эрику нравится быть викингом, — ответил Хэстен. — Его брат возьмет себе Уэссекс, а Эрик возьмет корабли. И будет королем морей.
Итак, будет Зигфрид Уэссекский, Утред Мерсийский, а Хэстен будет править в Восточной Англии.
«Три ласки в одном мешке», — подумал я, но не выдал своих мыслей. Вместо этого я спросил:
— И с чего начались эти мечты?
Хэстен все улыбался, но теперь сделался серьезным.
— У Зигфрида и у меня есть люди. Их недостаточно, но они составят сердце доброй армии. Ты приведешь Рагнара с нортумбрийскими датчанами, и у нас будет более чем достаточно людей, чтобы захватить Восточную Англию. Половина ярлов Гутрума присоединятся к нам, когда увидят тебя и Рагнара. Потом мы возьмем в нашу армию людей Восточной Англии и завоюем Мерсию.
— И возьмем в нашу армию людей Мерсии, — закончил я за него, — чтобы захватить Уэссекс?
— Да, — подтвердил Хэстен. — Когда начнется листопад и амбары наполнятся, мы двинемся на Уэссекс.
— Но без Рагнара вы ничего не сможете сделать.
Тот наклонил голову в знак согласия.
— А Рагнар не пойдет с нами, если к нам не присоединишься ты.
«Этот план может осуществиться», — подумал я.
Гутрум, датский король Восточной Англии, вновь и вновь терпел неудачу, пытаясь захватить Уэссекс, а теперь заключил с Альфредом мир. Но то, что Гутрум стал христианином и союзником Альфреда, не означало, что другие датчане оставили мечты о богатых полях Уэссекса. Если удастся собрать достаточно людей, Восточная Англия падет, и ее ярлы, всегда жадные до грабежа, отправятся в Мерсию. А потом нортумбрийцы, мерсийцы и жители Восточной Англии могут повернуться против Уэссекса, самого богатого королевства — и последнего сакского королевства на земле саксов.
Но я дал клятву Альфреду. Я поклялся защищать Уэссекс. Я дал Альфреду клятву верности, а без клятв мы ничем не лучше зверей.
Но норны сказали свое слово. Судьбы не избежать, ее нельзя одурачить. Эта нить моей жизни уже заняла свое место, и я не мог ничего изменить — как не мог заставить солнце повернуть вспять. Норны послали через темную бездну гонца, чтобы тот велел мне нарушить клятву и передал, что я стану королем.
И я кивнул Хэстену.
— Так тому и быть.
— Ты должен встретиться с Зигфридом и Эриком, — сказал он. — И мы должны принести клятвы.
— Да.
— Завтра, — продолжал Хэстен, внимательно наблюдая за мной, — мы покинем это место и отправимся в Лунден.
Так все и началось.
Зигфрид и Эрик готовились защищать Лунден, а защищая его, они бросали вызов мерсийцам, считавшим город своим, и кидали вызов Альфреду, который боялся, что в городе встанет вражеский гарнизон, и бросали вызов Гутруму, который желал лишь, чтобы в Британии царил мир. Но мира не будет.
— Завтра, — повторил Хэстен, — мы отправляемся в Лунден.
Мы уехали на следующий день.
