С изменением отношения воровского мира к православию из знаменитой блатной баллады «Гоп со смыком» исчезают и куплеты, связанные с издевательством над святыми. Остается лишь Иуда Искариот да Господь Бог, которого Гоп обещает «намного не обидеть».

Гоп со смыком(«подзаборный» вариант)Родился я у тещи под забором, Крестили меня черти косогором, Старый леший с бородою Окатил меня водою, Гоп со смыком он меня назвал. Гоп со смыком — это буду я, Это будут все мои друзья. Залетели мы в контору, Заорали: «Руки в гору — А червонцы выложить на стол!» Скоро я поеду на Луну, На Луне найду себе жену. Пусть она коса, горбата, Лишь червонцами богата — За червонцы я ее люблю. Что ж мы будем делать, как умрем? Все равно ведь в рай не попадем. А в раю сидят святые, Пьют бокалы налитые — А я и сам бы выпить не дурак[12] Родился под забором — там и сдохну. Буду помирать, друзья, — не охну. Лишь бы только не забыться Перед смертью похмелиться — А потом, как мумия, засохну!

Родился я у тещи под забором… и т. д.

<p>Отголоски «черной мессы»</p>

Этот вариант песни чрезвычайно популярен. Думается, здесь мы имеем дело уже с переработкой явно в русле русской песенной традиции. Миру русских народных образов свойственны поэтические описания необыкновенного рождения героя. Подобного рода фольклорные мотивы встречаются, например, в поэзии Сергея Есенина:

Родился я с песнями в травном одеяле. Зори меня вешние в радугу свивали. Вырос я до зрелости, внук купальской ночи, Сутемень колдовная счастье мне пророчит.

Разумеется, для нас в контексте «Гопа» куда любопытнее маргинальные вариации мотива появления на свет в необычном месте — например, в низовых городских балладах:

Родила меня мать под забором И спустила меня в нищету

или:

Меня мать ночью родила В овраге под забором…

Более развернутый вариант, сопоставимый с зачином «Гопа», приводит в своих записных книжках Евгений Замятин:

Мине кстили у трактире-кабаке, Окурнали у виноградном у вине, Отец крестный — целовальник молодой, Мамка крестна — винокурова жана.

Во многих версиях «подзаборного Гопа» рождение и крещение героя приобретают явный дьявольский окрас, характерный для «черной мессы», то есть сатанинского действа, прямо пародирующего церковные христианские обряды. Так у первой строки появляются варианты «родился я у беса под забором», «родился я у черта под забором», «родили меня черти под забором» и многие другие. Наличествуют и соответствующие персонажи: черти, бес, леший или, вместо него, «дядька с рыжей бородою» (рыжий цвет волос — признак ведьмы или ведьмака) или «дед с козлиной бородою» (козлиные атрибуты — указание на дьявола). Вместо «окатил меня водою» поется «обоссал» и т. п. Существует и совершенно оригинальная версия зачина:

Родили меня черти под забором, Спьяну окрестили меня вором, А один цыган лохматый Стукнул по спине лопатой И сказал — живи и не скучай.

Таким образом, можно констатировать: с распространением по стране «Гоп» обогащается мотивами русского песенного фольклора.

<p>«На Луне найду себе жену»</p>

Мы уже обсуждали путешествие балладного героя на Луну, но там речь идет о его встрече с чертями. Что же касается «подзаборного» варианта, центральный персонаж направляется к Селене совершенно с другой целью:

Скоро я поеду на Луну, На Луне найду себе жену…

Почему герой неожиданно отправляется за женой на Луну, не совсем ясно. В русском и украинском фольклоре такой сюжет отсутствует напрочь. Видимо, на уголовного «песняра» воздействовали иные источники.

Перейти на страницу:

Похожие книги