Там за переулком,в кожаной тужуркеМурка окровавлена лежит.Это ее Петькатихо так поздравил,он с ней очень долго говорил…На сайте «Блатной фольклор» задание уркаганов выполняет уже Алеша:
Одному из наших после разговораДали мы задание ее убить.Алеша в ресторане в злость напился пьяный,Вышел заданье исполнять.В темном переулке он увидел МуркуИ начал ее тихонько догонять…Наконец, в очерке В. Шамбарова «Муркина республика» Алешу именуют совсем уж фамильярно:
Шел раз парень Лешка, выпивши немножко,И заметил Мурку вдалеке.Быстро подбегает, под руку хватает,Говорит: «Хочу наедине!»Таким образом, за право быть «народным мстителем» боролись многие уркаганы — так же, как за право называться родиной Гомера спорили семь древнегреческих городов…
Не менее интересны и подробности расправы. Некоторые из них изобилуют поистине натуралистическими деталями. Но встречаются и достаточно лаконичные картины, как в «амурской Мурке»:
Вынул Яшка финкуИ воткнул ей в спинку.Заблестели Муркины глаза.И упала МуркаВ темном переулке,Проливая кровь на тротуар.Близок «амурской» версии текст, размещенный на сайте «Шансон», где пьяный атаман-хулиган Колька убивает Шурку-Мурку:
Мурка улыбнуласьЛасково и нежно,Засияли карие глаза.Тут вонзилась финкаПрямо Мурке в спинку:Спи, Котенок,Спи, Муренок, спи.В «Муркиной республике» В. Шамбарова предательницу тоже убивают ножом:
В темном переулке крик раздался гулкий,Нож сверкнул при свете фонаря,Волосы взметнулись, и она упала,Только тихо шепчет про себя…Однако существуют варианты совсем уж безжалостные. Вот как убивает предательницу Юрка Мухомор в версии Марины Шраго:
С первого удара Мурка пошатнулась,Со второго рухнула в песок.С третьего удара череп раскололсяИ полился алый ручеек.Похожая картина вырисовывается и в варианте юной Люды Ларионовой:
С первого удара Мурочка упала.Со второго — лопнул черепок.С третьего удара косточки сломались,И полил кровавый ручеек.И уже пика драматизма достигает описание в тексте с сайта «Блатной фольклор», где в несчастную Мурку стреляет Алеша, а затем и сам кончает жизнь самоубийством:
Выстрел раздался, легавые прибежали,Мура ка-ра-вавая лежит.Ее приподняли и ее спросили,Она им сказала, что он прав.В темном переулке второй выстрел раздался,Крик в квартале, шум большой стоит.Менты прибежали, его сразу узнали —Алеша с своим шпалером лежит.<p>«Мурка» — песня не блатная?</p>Особое внимание следует обратить на строку «Это уркаганы, злые хулиганы собирали срочный комитет». Упоминание хулиганов в положительном контексте (хотя и «злых», но «уркаганов») дает возможность отнести возникновение «классического» варианта «Мурки» не позднее чем к концу 20-х годов прошлого века.
Еще в середине — конце 20-х годов уголовники не имели особых претензий к «хулиганскому сословию». Как мы видим, между «уркаганами» и «хулиганами» безвестный автор не видит никакой разницы, отождествляя одних с другими. Это подтверждает и старая уголовная песня про «девочку-жиганку»[14]:
Хулиганы все носят фуражки,На фуражках у них ремешки,Они носят пальто нараспашку,А в карманах — стальные ножи.Я, жиганка, фасон не теряю,Юбку-клеш по колено ношу,С хулиганами часто бываю,Хулиганов я очень люблю.И теперь я с вором, с хулиганом,Куда хочешь, туда и пойду, —Заработаю денег задаром,С хулиганами вместе пропью. 
