– Или ты можешь рискнуть сбежать со своим драконом, – процедила Фрейда сквозь тонкие губы, указывая на Пэллора. – Ты мне нравишься, Лео. Я была готова многим рискнуть, чтобы понравиться тебе. Но у меня есть свои пределы. Либо ты оставляешь свою крестьянскую подружку на произвол судьбы и идешь
Я почувствовал, как ладони стали влажными от пота.
Но как только я это подумал, то понял, что нет. Зная, что наездники Иксиона преследовали ее, она не станет встречаться с Криссой и остальными. Она полетит как можно дальше от них. Ее правая рука кровоточила, что затрудняло полет, а если потеря крови будет длительной, она ослабеет и не сможет дать отпор наездникам Иксиона, которых было гораздо больше.
Она пожертвует собой ради своих наездников, как и положено командующей.
И внезапно стремление к лидерству, долг перед своим городом и идеалы, привитые нам во время обучения в рядах Стражников, померкли в сравнении с участью одной-единственной девушки.
В памяти всплыл последний разговор с Атреем:
Какое-то время, в отчаянии, что меня загнали в угол, я твердил себе, что должен подняться. Но теперь я вспомнил, что никогда и не должен был этого делать. Этот путь был предназначен для Энни, для единственной Первой Наездницы Каллиполиса, простолюдинки, которая теперь бежала, преследуемая и осужденная режимом, за свержение которого боролся и погибал ее народ.
Свет всегда должен был сиять для нее.
Впервые за долгое время я почувствовал, что точно знаю, где должен быть. И точно не на ужине в честь помолвки.
Глаза Фрейды сверкнули, словно она увидела отражение моих мыслей у меня на лице. На ее лице промелькнула тень веселого изумления, или же так она пыталась скрыть разочарование. Впервые я увидел боль, которую она таила в глубине души, и причиной тому было одиночество.
– Значит, нет, – произнесла она.
– Мне жаль…
Но Фрейда бесстрастно подняла руку:
– Желаю удачно пролететь мимо Обизут.
У нас на хвосте висело пять наездников Серого Клевера.
Два грозовика, впереди них три небесные рыбы. Это полукровки из Дома Небесных Рыб: Ариэль, Бардольф, Сэдвал – прозванные другими наездниками Азбукой, по первым буквам своих имен, – побочные сыновья отца Пауэра. Одним из всадников Грозового Бича был Эдмунд, сводный брат Ли, которого я узнала по огромным размерам его дракона. Другим наездником был Тит либо Анджело, один из их кудрявых кузенов.
Пять наездников Клевера у нас на хвосте означали на пять меньше на хвосте Криссы.
Ночь выдалась пасмурная, и обычно мы поднимались повыше, прячась в пелене облаков, чтобы преследователи потеряли нас из виду во мгле. Но сегодня я не собиралась этого делать.
Поэтому мы летели низко. Проскочив над Аврелианскими стенами, мы пронеслись над трущобами, расползавшимися от ворот и постепенно уступавшими место полям и деревням. Мы летели достаточно низко, чтобы увидеть свое отражение в каналах, пересекавших фермерские угодья между северными портовыми городами и полноводной рекой Фер. Снег уже начал таять, и река вздулась, черной лентой извиваясь в сторону высокогорья.
Крисса планировала направить Стражников на восток, чтобы добраться до Северного моря через Бесплодные Дюны. Поэтому я буду лететь на запад вдоль реки Фер до тех пор, пока мне удастся водить их за нос.
Пнув Аэлу в бок, я развернула ее, уводя в сторону наездников Клевера, и вдруг подумала, что сейчас, мчась в воздушных потоках, уклоняясь от вражеского огня, я делала то, что так хорошо умела.
Мне будет этого не хватать.
Небесные рыбы настигли нас первыми. Драконы-аврелианцы проворны, и Аэла всегда была одной из самых быстрых, но ей не сравниться с небесными рыбами. Один дракон зашел сверху, другой вынырнул сзади, чуть левее от меня, третий маячил справа. Они разогнали нас до максимальной скорости, и потому Аэле сложно было петлять, уходя от выстрелов. Когда они приблизились к нам, я повернула все клапаны резервуаров с охлаждающей жидкостью в моем огнеупорном костюме. Крисса зарядила их по полной.
И началась перестрелка.
