ПЕСНИ ГИПЕРИОНА полностью

— Мы тормозим при восьмидесяти семи «g». Если наш компьютер отключится… Понимаете, он управляет силовыми полями и двигателями…

Де Сойя обратился к техникам на борту авианосца и факельщиков:

— Это правда? Их компьютер действительно вырубится?

Секунд десять царило молчание. Наконец послышался голос капитана Хирна, который заканчивал инженерный факультет военной академии.

— Мы не знаем, Федерико. Сведения об ИскИнах в большинстве своем либо утеряны, либо держатся в строжайшем секрете. Церковь считает смертным грехом…

— Меня интересует, врет она или говорит правду! — перебил де Сойя. — Неужели никто не знает, повредят ли лучи парализаторов органический компьютер?

— Сэр, — вмешался в разговор старший инженер авианосца Брамли, — мне кажется, конструкторы должны были предусмотреть такую возможность и найти способ защитить ИскИн…

— Вам кажется или вы знаете? — процедил де Сойя.

— Кажется, сэр, — помолчав, ответил Брамли.

— А компьютер у них действительно органический?

— К сожалению, да, Федерико, — отозвался Хирн. — Если не считать электронной начинки и памяти на цилиндрических магнитных доменах, бортовой компьютер той эпохи представляет собой двойную спираль ДНК, которую удерживает…

— Ладно, я понял, — прервал де Сойя. — Всем кораблям. Оставаться на месте. Если вражеский звездолет попытается изменить курс или совершить квантовый прыжок, немедленно атакуйте.

С кораблей начали поступать подтверждения.

— …пожалуйста, не причиняйте нам вреда, — закончила Энея. — Мы просто хотим совершить посадку на Возрождении-Вектор.

— Энея, — позвал капитан де Сойя, послав на звездолет девочки направленный луч, — пусти на борт моих солдат, и они доставят тебя на планету.

— Я предпочитаю сделать это сама. — В голосе девочки, как показалось капитану, прозвучала насмешка.

— Возрождение-Вектор — большая планета, — увещевал де Сойя, поглядывая на тактический дисплей. До входа в атмосферу оставалось десять минут. — Где ты хочешь сесть?

После паузы Энея ответила:

— Мне нравится космопорт Леонардо в Да-Винчи.

— Его закрыли двести с лишним лет назад. Неужели твой компьютер не мог обновить свои базы данных? — Девочка промолчала. — В западной части Да-Винчи находится грузовой космопорт. Он тебе подойдет?

— Вполне, — сказала Энея.

— Тебе придется изменить курс, выйти на орбиту и подождать, пока диспетчер не возьмет управление на себя. Я передаю на планету ваши координаты.

— Не надо! — воскликнула девочка. — Мой звездолет сядет сам.

Де Сойя вздохнул и повернулся к отцу Брауну, рядом с которым сидела капитан Ву.

— Мои пехотинцы окажутся на борту через две минуты, — заметила генерал Барнс-Эйвне.

— А в атмосферу корабль войдет через семь минут. На такой скорости фатальной может оказаться даже ничтожная ошибка в расчетах. — Де Сойя вновь заговорил в микрофон: — Энея, над Да-Винчи оживленное воздушное движение. Вы не можете садиться просто так. Пожалуйста, введи в компьютер параметры, которые я только что передал…

— Извините, господин капитан, но мы идем на посадку. Если диспетчер сообщит необходимые данные, я буду ему весьма признательна. До встречи на поверхности, господин капитан. Лично я связь закончила.

— Черт! — Де Сойя связался со службой наведения грузового космопорта. — Вы слышали?

— Так точно, сэр.

— Выполняйте. Хирн, Стоун, Буле! Вы слышали?

— Да, сэр, — откликнулась капитан Стоун. — Расхождение через три минуты десять секунд.

Де Сойя переключился в тактический режим. Сверкающее колесо распалось, факельщики, корпуса которых не были рассчитаны на контакт с атмосферой, начали торможение. Звездолет Энеи стремительно приближался к планете, его курс пролегал совсем рядом с громадой ударного авианосца.

— Приготовьте мой катер, — приказал де Сойя. — Патруль?

— На связи, сэр, — отозвалась полковник Клаус, командир воздушного патруля, состоявшего из сорока семи «скорпионов», что кружили над Да-Винчи.

— Вы следили за разговором?

— Разумеется, сэр.

— Напоминаю еще раз, стрелять только по моему приказу.

— Понятно, сэр.

— Со «Святой Мало» стартуют семнадцать истребителей, которые будут сопровождать цель до поверхности. Я полечу на восемнадцатом. Позывные «ноль-пять-девять».

— Ясно, сэр. Ноль-пять-девять. Восемнадцать своих и один чужой.

— Де Сойя связь закончил. — Капитан выдернул штекеры из разъемов на панели управления. Тактический дисплей выключился. Марджет Ву, отец Браун, генерал Барнс-Эйвне, Грегориус, Ки и Реттиг вместе с де Сойей прошли в шлюз, в котором дожидался катер. Пилот лейтенант Карин Норрис Кук запустила двигатель. Процедура была отработана, поэтому все прошло гладко.

Когда катер вошел в атмосферу, де Сойя вновь включил тактический дисплей.

— Кораблик-то с крылышками. — Лейтенант Кук употребила старинное жаргонное выражение. На протяжении тысячелетий про аппарат, садившийся только над сушей, говорили «сухие лапы», про тот, который мог садиться на воду — «мокрые лапы», а про корабль, способный перемещаться как в атмосфере, так и в открытом космосе, — «с крылышками».