ПЕСНИ ГИПЕРИОНА полностью

— И вы знали, что командование флота и Святой Престол весьма озабочены… э… лояльностью капитана де Сойи, что Священная Канцелярия поместила на борт «Рафаила» тайного агента, которому было приказано не спускать с капитана де Сойи глаз?

— Да, ваше преосвященство, — вновь повторила адмирал Алдикакти. — Я знала, что агенты Священной Канцелярии на моем корабле получают донесения от шпиона на борту «Рафаила», командора Жабера.

— Ваши агенты делились с вами своими опасениями относительно капитана де Сойи, адмирал?

— Нет, ваше преосвященство. Я не имела ни малейшего представления о причинах интереса, проявляемого Священной Канцелярией к капитану де Сойе.

Кардинал Мустафа кашлянул и поднял палец.

Кардинал Лурдзамийский, который, как быстро догадался Исодзаки — и не только Исодзаки, — вел допрос, посмотрел на Папу.

Его Святейшество кивнул.

— Я счел необходимым объяснить Его Святейшеству и всем, кто присутствует на этом собрании, — начал Мустафа, — что наблюдение за капитаном де Сойей было одобрено и санкционировано… госсекретарем и штабом Флота… лично адмиралом Марусиным.

Наступила короткая пауза.

Наконец Симон Августино спросил:

— Кардинал Мустафа, вы можете объяснить, чем именно этот человек привлек внимание Священной Канцелярии?

— Конечно, ваше преосвященство. — Мустафа облизнул пересохшие губы. — Из сообщений наших… агентов следует, что во время погони за девочкой по имени Энея отец капитан де Сойя вполне мог… заразиться.

— Заразиться? — уточнил кардинал Лурдзамийский.

— Да, ваше преосвященство. Мы пришли к выводу, что эта девочка обладает способностью физически и психически воздействовать на тех подданных Священной Империи, которые вступают с ней в контакт. Разумеется, в этой связи нас не могли не тревожить лояльность и повиновение приказам капитана одного из кораблей Флота.

— Откуда вы получили эти данные, кардинал Мустафа? — спросил госсекретарь.

Великий Инквизитор помедлил с ответом.

— У нас имеются свои источники, ваше преосвященство.

— В том числе — бывший подчиненный капитана де Сойи, которого вы держите в своей тюрьме, так, кардинал? Как бишь его… некий капрал Ки. Я не ошибаюсь?

— Нет, ваше преосвященство. — Мустафа моргнул и повернулся так, чтобы стать вполоборота к остальным присутствующим. — Подобные действия продиктованы заботой о безопасности Церкви и Государства.

— Конечно, ваше преосвященство, — согласился кардинал Лурдзамийский. — Адмирал Алдикакти, можете продолжать.

— Через несколько часов после того, как пять «архангелов» прыгнули к Тау Кита, — сообщила Алдикакти, — и прежде чем завершился двухдневный цикл воскрешения, в пространстве ТК появился автоматический зонд. Его отправила капитан Стоун…

— Капитан «Гавриила», — уточнил госсекретарь.

— Так точно, ваше преосвященство. Сообщение, доставленное зондом, предназначалось лично мне. В нем сообщалось, что вражеские факельщики уничтожены и что «Рафаил» отклонился от курса, разгоняется для прыжка и не реагирует на приказы остановиться.

— Иными словами, — промурлыкал кардинал Лурдзамийский, — корабль взбунтовался.

— По-видимому, да, ваше преосвященство. Причем в этом случае бунт возглавил капитан корабля.

— Отец капитан де Сойя.

— Так точно, ваше преосвященство.

— Предпринимались ли попытки связаться с агентом Священной Канцелярии на борту «Рафаила»?

— Да, ваше преосвященство. Капитан де Сойя заявил, что командор Жабер занят выполнением непосредственных обязанностей. Капитан Стоун сочла это маловероятным…

— А что ответил де Сойя относительно изменения курса?

— Капитан де Сойя ответил, что получил от меня приказ, предписывающий «Рафаилу» изменить курс, — сообщила адмирал Алдикакти.

— Капитан Стоун приняла это объяснение?

— Нет, ваше преосвященство. «Гавриил» пустился в погоню за «Рафаилом» и навязал бой.

— Чем закончился этот бой?

Алдикакти помедлила долю секунды.

— Ваше преосвященство… Ваше Святейшество… Поскольку сообщение капитана Стоун предназначалось лично мне, прошли сутки — столько заняло срочное воскрешение, — прежде чем я прочла его и приняла решение о немедленном возвращении в систему Люцифера.

— Сколько вы взяли с собой кораблей, адмирал?

— Три, ваше преосвященство. Мой флагман «Уриил» с новым экипажем и два «архангела» из тех, что ожидали нас у Тау Кита, «Михаил» и «Азраил». Я сочла, что не могу рисковать людьми и объявлять срочное воскрешение для всей эскадры.

— А сами рисковали, адмирал, — заметил кардинал Лурдзамийский.

Алдикакти промолчала.

— И что случилось потом?

— Мы прыгнули в систему Люцифера, ваше преосвященство. На воскрешение ушли сутки, причем много воскрешений было неудачных. В итоге мне удалось набрать экипаж только для одного «Уриила». Оставив два других звездолета на орбите, я начала поиск «Гавриила» и «Рафаила». Обнаружить их не удалось, но мы засекли близ солнца радиобуй…

— Оставленный…

— Капитаном Стоун, ваше преосвященство. Этот буй содержал отчет о бое, который состоялся меньше двух суток назад. Стоун попыталась уничтожить «Рафаил» плазменными и термоядерными ракетами, а когда эта попытка провалилась, приказала применить нейродеструкторы.