Я был против, но она так хотела, и я не мог ее осуждать.
– О Всесветлая, – выдохнула Фриг, бросаясь к сестре. На кончиках ее пальцев уже светилась лечебная магия.
– Ты правда хочешь привести их ко двору? – все еще шокированным голосом спросила Фрея.
– Теперь даже еще больше. – Улыбка Фриг, вдруг вспыхнувшая на губах, была немного странной.
– Это ведь не из-за того, что Сивиз нанял эльфа и ты тоже захотела? – уточнила Фрея. – Ты же не хочешь их присвоить?
– Сивиз тут ни при чем. И они не будут моими, – ответила Фриг, осторожно вытирая кровь с уха моей сестры. – Вы будете своими собственными. Сами выберете себе имена и дальнейшую судьбу. Если захотите, мы вернем вас в Альбис, когда убедимся, что вам там точно ничего не грозит. Но я правда буду рада, если вы останетесь со мной. Не обязательно отвечать сейчас, подумайте хорошо.
И мы подумали. Подумали: неплохо, когда сам можешь распоряжаться своей судьбой. Если до этого каждый прожитый год казался бессмысленно серым, то одна эта возможность наполнила каждую минуту светом и смыслом. Ради этого стоило выживать, выжидая. И ради этого стоило сражаться с чудовищами, когда момент настал.
– Ну давай, задавай все свои неудобные вопросы, – милостиво разрешил Анс. Он изящным движением подхватил со столика чашку с чаем, который нам успели принести. – А то ты от них скоро задохнешься.
Задыхаться от вопросов я, конечно, не собирался. Не дождется. Но они и правда распирали меня, и решить, что спросить сначала, было довольно трудно.
Я предполагал, что прошлое близнецов насыщенное, но не думал, что настолько.
– То есть вы просто убили некоторую древнюю хтонь, когда вам было, – я посмотрел на Фриг, Анса и Аин по очереди, – лет семнадцать?
– Нам, вероятно, больше, – ответила Аин, – мы точно не знаем сколько, но эльфы медленнее взрослеют, так что да, в целом все так.
Если верить подростковому фэнтези, то ситуация и правда обыденная, но я не думал, что в моей жизни настанет момент, когда я буду верить подростковому фэнтези конкретно в этом аспекте.
– Кроме того, что мы, очевидно, ее не убили, – мрачно заметил Анс.
– Еще тогда мама говорила, – продолжила Фриг, – что Третью, вероятно, что-то очень ослабило. Некоторое событие, о котором мы ничего не знаем. Но оно помогло и освободить Альбис, и нам справиться с Третьей. К тому же ее сила, вероятно, зависит от числа последователей и созданных теней. В тот момент стараниями мамы и Леди Йарн число последователей секты Повелителей теней сильно сократилось. Нам повезло, что Третья переоценила себя и недооценила нас.
– Возможно, она не так ужасна, как кажется? – с надеждой спросил я. Хотя, судя по ранам Фриг, надежда эта была весьма глупой.
– Думаю, она не так сильна, как во времена Рейденса, – поспешила обнадежить меня Аин.
– Но явно сильнее, чем в конце войны за Пустые земли, – тут же спустил меня с небес на землю Анс. – Многие офо скорее радовались поражению, им тоже не нравилось происходящее. Их правление было жестоко и к ним самим. Но есть и те, кто считает, что надо отыграться. Есть и люди, возможно, даже эльфы, которые жаждут силы Моркета или боятся смерти мира и верят, что, примкнув к Третьей, смогут спастись. Секта могла разрастись снова, пока мы не видели.
Блеск. У меня все шансы на успех.
– У нее вообще есть слабые места? – спросил я. – Этот третий красный глаз, который вы раскололи. Когда я видел ее, он снова был цел.
– Это не совсем глаз, – задумчиво ответила Аин. – Скорее вживленный в тело кристалл. Фэй говорит, что видел Третью до образования Пустых земель, и глаза у нее было всего два. Мы думаем, что этот кристалл – что-то вроде накопителя энергии. В качестве сырья она использовала жизни тех, кого поглотил огромный разлом. Но, по примерным расчетам, она привлекла только около половины живших там эльфов. Мы не знаем, с чем связана ее, кхм, гуманность. Возможно, не все подходили для этого, или она не смогла собрать больше энергии, или дело в чем-то другом. Суть одна – в этом камне энергия тысяч жизней. Возможно, что Третья может умирать и возрождаться тысячи раз.
Она создала философский камень. Только не говорите, что мне придется убивать ее, пока все жизни не иссякнут.
– Может, как-то вытащить этот кристалл из ее тела? – спросила Фрея.
– Попробовать можно. – Анс отрешенно водил пальцем по ручке чашки. – Но мне кажется, у Третьей не осталось настоящего тела. Кристалл служит чем-то вроде вместилища для ее сознания. Все остальное – лишь моркетский туман. Либо ее тело где-то надежно спрятано. Это бы хоть как-то, но объясняло отсутствие ауры.
– Короче говоря, даже уничтожение кристалла не является окончательным решением проблемы, – вздохнул я тяжело.
Как ни крути, расклад был проигрышный.
– Она может снова обрушить земли в Моркет? – Я очень надеялся, что нет.
– Не могу утверждать с полной уверенностью, – Анс почти неслышно отстукивал ногтями по подлокотнику какой-то неведомый ритм, – но если бы у нее была такая сила, вряд ли бы она вчера проиграла тебе.
Резонное и успокоительное замечание.
