Следующим шагом стало привлечение А. Г. к задаче публикации, но, не имея опыта, я изначально совершил много неверных шагов, а самой большой моей ошибкой стало то, что степень редактирования авторского материала никак не была оговорена. В результате мы получили новый вариант книги, настолько переработанный, что в нём трудно было узнать оригинальную рукопись, причём исчезло именно то, что мне нравилось и что раскрывало личность автора. Взамен же появилось множество эффектных сцен, мало совмещающихся с характерами персонажей, так что в целом роман стал больше похож на какой-то разнузданный детективный боевик, а не на меланхоличный, хотя и небеспристрастный, отчёт о личных переживаниях главного героя. Сначала я пытался убедить А. Г. в необходимости изъятия неправдоподобных эпизодов и возвращения авторских размышлений, но каждая глава превратилась в поле настолько интенсивных битв, что мне пришлось принять радикальное решение и отвергнуть новый вариант целиком, предложив А. Г. оплатить его труд дважды. Вторая версия литературной обработки, которая и представлена сейчас на суд широкого читателя, ограничилась небольшими стилистическими поправками, да удалением трёх-четырёх второстепенных эпизодов, хотя А. Г. до самой последней минуты пытался убедить меня, что некоторые главы романа неоправданно затянуты, что кое-где автор противоречит сам себе и что упущенная возможность «закольцевать» роман, введя в него смерть главного героя, изобличает во мне человека, начисто лишённого рыночного чутья. Не исключено, что А. Г. во многом прав, но следует учесть, что перед нами стояли разные цели. Об этом говорит и то обстоятельство, что Оля Норкина, с которой мы обсуждали внесённые в рукопись изменения, независимо от меня приходила примерно к тем же выводам, что и я. В конце концов, через публикацию книги мы всего лишь стремились отдать дружеский долг и дань уважения таланту дорогого нам человека – нередко занудливого педанта, не всегда логичного арбитра и порою чересчур поверхностного наблюдателя, но человека, обладавшего чуткой и страдающей душой.
Л. Соловьёв<p>Четыре правила арифметики</p><p>I</p>
