Боль. Она словно паутина оплела мою голову. В центре паутины – пульсирующий островок, который кроме как адом кромешным не назовешь. Кажется, там кончаются вообще все чувства, и только боль достигает максимальной концентрации, чтобы выплескиваться разрушительными волнами в мой мозг.
Я с трудом открыл глаза, яркий солнечный свет тут же ударил по ним, провоцируя очередной приступ резкой боли в голове. Черт! Я сжал зубы и сделал медленный поворот головы. В глазах немного помутнело, затем зрение вновь сфокусировалось.
Превозмогая боль, я осмотрелся. Кровать, шкаф, комната, окно. Сквозь стекло сочились солнечные лучи, рассеиваясь по горизонтальным поверхностям. Утро. Наверное, это было утро.
Я попытался идентифицировать место своего нахождения. Кровать и шкаф были мне не знакомы. Я сделал еще один поворот головы, чувствуя нарастающую боль в черепе, и увидел рядом с собой голое женское тело. Внимательно присмотревшись, я опознал в нем Юлю. Она спала.
Поворот достаточно резкий, но, тем не менее, не шокирующий. Я начал прокручивать в голове события вчерашнего вечера. Мы сидели в кафе, затем состоялась дискуссия с Кириллом, затем было пиво, затем еще, потом водка, Юля… - в общем, каким-то образом я оказался у нее дома. Все понятно.
Я выполз из-под одеяла и кое-как сел. Стоит ли говорить, что я был без одежды? Впрочем, это меня не удивило. Одежду, сложенную горкой, я обнаружил на стуле.
Встав с кровати, я подошел к стулу и надел на себя трусы и носки. Немного подумав, прибавил к своему гардеробу и джинсы. После этого еще раз осмотрел комнату.
За шкафом у окна стоял стол, на котором была бутылка с водой. Эта находка меня обрадовала. Я тут же воспользовался возможностью утолить жажду.
Когда с жаждой было покончено, я поставил бутылку на место и откинул занавеску, чтобы выглянуть в окно. За мутноватым стеклом открывалась панорама обыкновенного двора в спальном районе, заключенного в панцирь из многоэтажек, по которому растекся ясный зимний день. Солнечные зайчики скакали по сугробам и отражались в стеклах припаркованных прямо на детской площадке автомобилей. Среди автомобилей и сугробов играли дети.
Я прижался к стеклу лбом, стекло было холодное. Я простоял так минут десять, пока боль в моей голове не утихла. Потом еще раз приложился к бутылке с водой и осушил ее до дна.
После этого я приоткрыл форточку, чтобы в комнату поступал свежий воздух, которого мне так сейчас не хватало. Самочувствие мое постепенно улучшалось.
Затем я сходил в туалет, а вернувшись, повторил процедуру с холодным стеклом. Во время моей импровизированной медитации у окна, я почувствовал, как сзади произошло какое-то движение, и через несколько секунд услышал голос Юли:
- Ты уже встал?
Наверное, не было смысла отвечать на этот вопрос лаконичным «да». Я обернулся. Юля лежала в кровати, приоткрыв глаза. Одеяло сползло с нее, и я мог наблюдать ее обнаженную грудь.
- Как я здесь оказался?
- Мы приехали на такси.
- Ага, понятно. И?..
- Что «и»?
- Как я себя вел?
- Нормально.
- Между нами что-то было?..
Юля помолчала.
- Ты ничего не помнишь что ли?
- Вроде того.
Глубокий вздох.
- Все с тобой понятно. Что-то было.
- И… как?
- Ну, не буду врать, могло бы быть и лучше.
- Ты пытаешься меня пристыдить?
- Не то чтобы…
- Но все-таки знай: мне очень стыдно. Как я могу загладить свою вину?
- Ты знаешь…
Этих томных намеков было достаточно. Не сказать, что самочувствие мое к этому моменту было хоть сколько-нибудь близко к идеальному, но все же в сравнении с моментом пробуждения сдвиги в лучшую сторону явственно обозначились…
Когда мы закончили, я выполз из кровати и пошел умываться. После этого обследовал кухню и обнаружил там бутылку вина. С разрешения Юли бутылка была немедленно открыта и разлита по бокалам. В качестве закуски из холодильника была извлечена пара яблок.
- За это прекрасное утро и за прекрасную тебя, - провозгласил я тост, стукаясь своим бокалом о краешек бокала Юлиного.
- Спасибо, - Юля улыбнулась и пригубила вина.
- На здоровье, - я сделал несколько глотков, приторное вино скользнуло по языку и небу и мягко провалилось в пищевод, окатив его волной приятного тепла.
Часы показывали одиннадцать утра, а это значило, что суббота только начиналась, и у нас впереди было еще целых два выходных дня. Весьма неплохо, учитывая, что боль в голове почти утихла, в руке был бокал с вином, а рядом на кровати сидела обнаженная блондинка. Иногда везет даже обреченным.
- Чем кончился наш спор с Кириллом? – спросил я.
- Ничем. Ты говорил странные вещи.
- Про город убийц?
- В том числе.
- Ты находишь это странным?
- Не знаю. Может, и нет. Но для Кирилла и остальных это точно было странно.
Понятно. Смысл метафор, которые иногда всплывают в моем сознании, не всегда ясен даже мне.
- У тебя тут можно курить?
- Кури. Только принеси пепельницу: она на кухне, на подоконнике.
Сходив за пепельницей, я закурил. Закурила и Юля.
