У него было свое отношение к жизни. Есть люди, которые подкидывают поленья в огонь и тусуют всю жизнь. Как я. А есть – которые сгорают полностью. Эдик, наверное, из этих людей. Просто как факел. Сгорел, и всё. Он использовал себя. По сути, он собой рисовал жизнь. Он был как гитара, как струна.
Александр Долгов
Само собой, “Химера” была олицетворением клуба “Там-Там”. Потому что имела самое прямое отношение к Гаккелю. Он изо всех сил старался ее протолкнуть. Что само по себе смешно. Я ни в коем случае не хочу уничижительно пройтись по желанию Севы раскрутить их. Просто этой группе не было дано играть нигде, кроме как в подобных рок-притонах. Потому что музыка была соответствующая. Году в 94-м их снимало какое-то центральное телевидение, давало короткую новость с концерта “Химеры”. И группу там представляли не музыканты, а Гаккель, который и привез их в Москву. И вот у него спрашивают: “Какую музыку играете?” Сева отвечает: “Дурацкую!” Всё, это была единственная реплика. Может быть, он что-то еще говорил телевизионщикам, но они оставили только эту фразу, которая рассказывает всё и об этом коллективе, и о музыке, которую они играли.
Владислав “Витус” Викторов
Мы играли на фестивале “Учитесь плавать” в Москве. Как я понимаю, туда нас впихнул Сева, но Скляру мы не нравились. И Тутта Ларсен потом сказала про “Химеру”, я помню, что это неумелая какофония. Но тут другое отношение к музыке. Вообще есть музыкальная культура Петербурга и есть Москвы, я их различаю. Здесь совершенно разные фишки. Московские музыканты, даже андеграундные, идут в сторону западной музыки, пытаются повторить какие-то “фирменные” вещи. Это хорошие крепкие идолы, которых трудно в чем-то обвинить, но у питерской музыки есть что-то свое, на питерском менталитете в чем-то основанное. То есть, например, группа “Аукцыон” никогда не могла бы организоваться в Москве. Та же самая “Химера” – вообще не московская группа. Московские коллективы – это “Звуки Му” и “Центр”. И это принципиально разные вещи, хотя между городами несколько часов езды на поезде.
Алексей Михеев
Я думаю, он абсолютно выполнил свою миссию, и, когда в Лондоне был издан альбом ZUDWA, мотивация исчезла. Здесь его уже ничто не держало. Да, он тогда жестко торчал. И рядом с ним был один человек, который подвел его к этому. Но опять же, общаться с этим человеком – это был его выбор. Наверное, если бы он еще немного протянул, то смог бы влиться в коммерческую музыку, которая сейчас существует. Но в тот момент его музыка не могла быть коммерчески востребованной.
Владислав “Витус” Викторов
“Король и Шут”, впоследствии суперзвезды, – они перед нами поначалу играли. И у Горшка был то ли перформанс, то ли просто нахреначился так, что блеванул прямо на сцене. Сева наказал их – запретил играть то ли месяц, то ли два. Для нас это был детский сад. То есть мы для них были чем-то уже серьезным, а “Король и Шут” был не то чтобы разогрев, разогревающих групп не было, как правило, играло по три группы, но в начало ставили тех, кто послабее.
Андрей Алякринский
Много подобных примеров. Есть замечательная группа
Владислав “Витус” Викторов
Смутное время – не повезло. Чуть-чуть пораньше или попозже… Хотя пораньше – не факт, что вообще бы разрешили играть такое. В конце на нас люди уже приходили и были даже фанаты – в любом месте мы могли собрать 200 человек, нормально по тем временам. Причем никакой рекламы, ничего, всё только на сарафанном радио. Когда компьютеры начали появляться – я компьютерной музыкой немножко занялся, сэмплами. И сейчас думаю – эти бы возможности да в то время! Первый альбом “Депутата Балтики” писал человек, у которого был четырехканальный кассетный магнитофон, портостудия – и это было мегакруто. Вот эта хрень бралась за нереальные деньги на два часа записаться. Сейчас это, конечно, смешно – на ноутбук, даже на планшет можно хреначить все, вообще не напрягаясь, причем с таким качеством! То есть чуть-чуть не повезло. Чуть-чуть бы попозже – он бы узаписывался, это было бы столько проектов, у него была куча идей. Жалко, конечно. Жалко.
Артем Копылов
