Но Анкер не был бы главой Тайной Канцелярии, если бы не имел всегда запасной план. Был он и сейчас. Только на этот раз в него входили не допросы и пытки, а цветы и танцы. Просто замечательно, что танцы давались Анкеру ничуть не хуже, чем допросы.
Запасной план прибавил ему хлопот, но он умел решать несколько вопросов одновременно. И раздавая поручения, не сомневался, что они будут выполнены. Потому что каждый, кто имел с ним дело, знал, что господин Анкер никогда ничего не забывает.
Таким образом к шести вечера, когда Селина с подругой вернулась с прогулки, ее уже ждали записка и большая картонная коробка на кровати. В ней неожиданно для себя девушка обнаружила платье. Как донесла Анкеру служанка, выполнявшая его распоряжение: «У дамы при виде подарка заблестели глаза. А когда прочла ваше письмо и вовсе изволила разулыбаться, как ребенок».
Анкер торжествовал. Он не сомневался в своем умении галантно ухаживать, и все же не мог быть стопроцентно уверен, что выбранный им наряд придется по вкусу Селине. Поэтому и составил записку таким образом, чтобы оставить ей выбор. И именно этой свободой принять подарок или отказаться от него, рассчитывал заработать для себя несколько дополнительных очков.
Он примерно представлял, что увидит, когда она выйдет из дома, и все же реальность оказалась несопоставима с фантазией.
Анкер мог представить, что Селина будет хороша. На его вкус она и в мешке картошки была бы превосходна. Но, то, что он увидел, стоя у кареты, превзошло все его ожидания и обещания модистки.
Сиреневое многослойное облако юбки полностью скрывало все, ниже пояса. Выше же полупрозрачный батист тесно облегал тонкую талию и небольшую, но круглую грудь. Не открывая при этом взгляду и ничего лишнего. Детали прятала вышивка в виде россыпи полевых цветов. Обнаженными оставались лишь острые ключицы и узкие плечи, потому что пышные прозрачные рукава начинались так низко, что было непонятно, на чем они держатся.
Селина убрала свои серые, с лиловым отливом, волосы наверх и украсила их белоснежными цветами. Пока Анкер пристально разглядывал девушку, на ее лице расцвел румянец, а в зеленых глазах замерцали искорки. Будто избегая его взгляда, она опустила взор вниз, и на щеки упала тень от длинных ресниц. Но протянутой руки не почуралась, вложила свою ладошку, оперлась и сделала шаг.
И в тесном пространстве кареты они оказались совершенно одни.
Он слышал ее прерывистое дыхание, чувствовал горячее бедро даже сквозь мягкие слои юбки. Мужской интерес внутри него бился в истерике и стучал в набат, требуя обнять, прижаться, поцеловать. Но Анкер усилием воли заставил его замолчать и позволил себе только осторожно взять девушку за руку. Она тут же повернулась и задала вопрос, который он давно ожидал услышать. — Что же ты задумал? Куда мы едем?
— Мне хочется устроить сюрприз. — он не смог сдержать улыбки, — Рад, что ты решилась сегодня мне довериться. Обещаю красивый вид, вкусную еду и невинные развлечения, в которых ты сама решишь, участвовать или нет.
— Невинные? — Селина приподняла бровь.
— Абсолютно. Как слеза младенца. — Анкер картинно округлил глаза, и девушка на смогла сдержать смеха.
Возникший между ними лед начал таять. Отлично, именно этого он и добивался. По пути он расспросил ее о прогулке по городу, и порадовадсч, что та ей понравилась. Сначала они с Ирмой побывали на рынке, потом в магазине дамских нарядов, а затем прогулялись и пообедали в ресторации. Селину заинтересовала местная политика, и он неожиданно для себя заметил, что с удовольствием рассказывает о том, как в прошлом веке Катория подмяла под себя несколько независимых королевств. И хотя теперь номинально они все входят в состав Империи, на деле в некоторых провинциях продолжают следовать своим обычаям, находя лазейки в законах или и вовсе обходя их. Но на открытый бунт никто не готов, поэтому в целом все живут мирно, торговля процветает.
— В том числе торговля девушками. — нахмурилась Селина.
Он был вынужден согласится:
— Да, южным провинциям тяжелее всего дался отказ от рабовладения. Оно до сих пор скрыто практикуется под видом долговых договоров.
— И император смотрит на это сквозь пальцы, чтобы не спровоцировать мятеж? Или надзор властей не так силен вдали от столицы?
Вопросы девушки били в цель, чем ей опять удалось приятно его удивить.
— И то, и другое, но главное, что местные представители власти поддерживают сложившуюся систему. — Анкер взглянул в окно и увидел, что они уже подъезжают. — Предлагаю продолжить беседу после бокала вина и сытного ужина. А прямо сейчас я хочу тебе кое-что показать.
Он первым вышел из кареты, подавая Селине руку. И когда ее глаза округлились, увидев, куда они приехали, в груди Анкера потеплело. Не отпуская длинные тонкие пальцы из ладони, он повел девушку к краю каменной площадки, с которой открывался вид на город.
Красное закатное солнце одним боком уже укатилось за линию горизонта, окрашивая небо переливом от нежно-розового до темно-фиолетового. Морские волны отражали небесные оттенки, пылая посередине ярко-оранжевой солнечной дорожкой.
