- Зачем вы сегодня вели себя так? - спросила она немного дрожащим голосом.
- Я просто исправила то, что должно быть исправлено, - ледяным тоном ответила Фиона. - Мне надоело видеть, что к моему пасынку относятся как к парии, в то время как все бегают на цыпочках вокруг тебя, бедной маленькой жертвы.
Сэра закусила нижнюю губу.
- Это не я послужила причиной развода, сказала она. - Не я затеяла интрижку на стороне.
- Я не хочу оправдывать Теда. - Фиона сжала губы. - Но в этом браке проблемы начались задолго до того, как он пустился во все тяжкие.
Подумай об этом, принцесса, когда тебе в следующий раз придет в голову выставлять свое горе напоказ.
Сэра хрипло сказала:
- Вы всегда были на его стороне.
Фиона пожала плечами.
- Но кто-то должен это делать, - резко сказала она. - Почему же это не ты, Сэра?
Она повернулась и пошла в бар. Сэра, побледнев, беспомощно смотрела ей вслед.
Два часа спустя она сидела на подоконнике в своей спальне, прислонив горячий лоб к успокаивающему холоду стекла и глядя в темноту невидящим взглядом.
Я хочу спать. Мне нужно спать, думала она.
Но знала, что заснуть ей не удастся. Не сейчас, когда ее ум бурлил от беспокойных мыслей.
Как она посмела? - думала Сэра в оцепенении. Как Фиона только посмела сказать мне такие вещи? Будто я была виновна в окончании нашего с Тедом брака!
Сказанные слова затронули самые глубины ее души и заставили болеть каждый нерв.
Сэра хранила молчание все время, пока они ехали домой, но тетя Джейн заполнила образовавшуюся тишину. Она громко сетовала на то, что называла "беспардонным вторжением".
- И теперь Тед будет шафером, - добавила она с негодованием. - О чем только думал Эндрю?
- О том, как трудно будет найти кого-нибудь другого за такой короткий промежуток времени, - холодно сказала Вики. - Даже я это понимаю. А если Сэра говорит, что она не возражает, почему мы должны возражать? - Она покачала головой. - Ох, я готова задушить Тима.
Как только взрослый человек может заболеть ветряной оспой?
Вопрос на миллион долларов, подумала Сэра, кусая губу. Теперь у нее не было возможности надеяться на защитника. У нее осталась только она сама.
Тот факт, что Тед и она станут вторыми по важности лицами на свадебной церемонии, привлечет такое количество внимания, которого она ни в малейшей мере не желала.
Боже мой, молилась она про себя. Что же мне делать?
Вернувшись в дом, Сэра молча выпила кофе, наблюдая, как ее родные пытаются спихнуть друг на друга вину за случившееся. Затем она несколько раз притворно зевнула, сказала, что падает с ног, и быстро пошла в свою спальню.
На втором этаже она натолкнулась на дядю Джеффри и уже собиралась было проскользнуть мимо него с тихим пожеланием спокойной ночи, но он мягко взял ее за руку.
- Сэра, моя дорогая... - Его голос был полон доброты. - Я, наверное, могу положить конец этому безобразию, если ты этого хочешь.
- Но я не хочу, - слишком быстро ответила она и натянуто ему улыбнулась. - Это докажет всем окружающим, что Тед и я договорились оставить все наши трения в прошлом.
- И стать просто хорошими друзьями?
Сэра заколебалась.
- Ну, наверное, не совсем друзьями. Но, возможно, эта ситуация поможет нам спокойнее относиться друг к другу. Это будет очень позитивное изменение.
- И Тед тоже этого хочет?
Сэра отвела взгляд.
- Я понятия не имею о том, чего хочет Тед.
Мистер Вильяме слегка вздохнул.
- Да, - сказал он, - наверное. Но ты еще можешь все изменить, даже сейчас.
Он похлопал ее по плечу и ушел.
Лицо Сэры исказилось. Она вошла в свою спальню и медленно закрыла за собой дверь. Неужели дядя тоже намекал, что она виновата в том, что ее брак распался? Конечно, нет, подумала она в замешательстве. Она всегда знала, что может рассчитывать на сочувствие и поддержку дяди Джеффри с тех самых пор, как в первый раз появилась в "Хилл Хаус". Все эти годы он был непоколебимой скалой, на которую она всегда могла опереться. А теперь она чувствовала, будто земля уходит у нее из-под ног.
Сэра переоделась в домашний халат, но в постель не легла, хотя и выключила свет, чтобы создать полную иллюзию того, что спит. Она не хотела полночных посетителей. Она испытывала глубокую любовь к тете Джейн и Вики, но обсуждать с ними произошедшее сегодня вечером не желала.
Когда ее брак распался, горечь и сердечная боль внушили ей мысль, что она ненавидит Теда и всегда будет его ненавидеть. Чувство ненависти было ее защитой и спасением. Но теперь оно рассеялось без следа.
Я могу только презирать себя за то, что все еще желаю его, подумала она, обнимая себя руками. Все ее тело сотрясала крупная дрожь. И еще больше я презираю себя теперь, когда понимаю, что только я чувствую такое желание, а Тед нет.
Она всегда говорила себе, что не собирается прощать Теда. Однако теперь она столкнулась с тем фактом, что ей придется сделать это.
