— Бывший ученый, — хмыкнул Борланд. — Я еще понимаю, бывший военный. Но бывший ученый — это пять баллов. Таких у нас еще не водилось.
— Считай, что я буду первым.
Борланд прикинул правдоподобность легенды и понял, что как ни удивительно, но придраться действительно не к чему. Все, что находится в Зоне, так или иначе создано людьми либо является следствием их деятельности. Логично, что в мире хватает как хранителей секретов, так и жаждущих их разузнать.
— Ты не будешь сильно возражать, если я время от времени буду тебя спрашивать, на кого ты работаешь? — спросил Борланд.
— Не буду, — ответил Марк, встал и стер схему ногой. — Потому что каждый раз я буду отвечать тебе: «Ни на кого».
— Тогда хотя бы скажи, зачем тебе все это нужно.
— Я просто хочу знать, что происходит.
— И для этого пришел в Зону.
— Да.
— Видимо, для тебя это имеет большое значение, если ты так хорошо подготовился и так упорствуешь.
— Очень большое, — подтвердил Марк.
Борланд взглянул на заходящее солнце.
— Вечер, — констатировал он. — Когда выходим?
— Завтра, — сказал Марк. — Начнем с Икс-семнадцать. Она ближе всех.
— Меня устраивает, — торопливо вставил Орех и с боязнью взглянул на Марка. — Я же иду с тобой, верно?
Марк доброжелательно кивнул:
— Если ты хочешь.
Орех преобразился.
— Друг, я за тебя жизнь отдам! — торжественно провозгласил он и для пущей убедительности стукнул себя кулаком в грудь.
— Погоди жизнь отдавать, она тебе еще пригодится, — сказал Борланд. — Так, нам нужно кое о чем перетереть. Марк, если ты принимаешь в команду Ореха, то это твое право. А теперь я должен заявить, что это последний твой поступок, не согласованный со мной. Если ты берешь меня фактически на роль проводника, то я отныне становлюсь главным в команде.
— Разумеется, — склонил голову Марк.
— Если вдруг кто-то понимает слово «главный» по-своему, я позволю себе разъяснить. Я даю указания, а вы их исполняете. Не спрашивая, зачем. Если кто ослушается — я, в лучшем случае, буду бить, и, может быть, даже ногами. Я человек нервный. В худшем — наше соглашение частично теряет силу. Это означает, что провинившийся будет мне по-прежнему должен, в то время как я не буду ему должен ничего. Ясно?
— Да, да, понятно, — ответил Орех, немного смутившись.
— Согласен, — сказал Марк.
— Отлично.
Борланд секунду подумал и продолжил:
— Теперь давайте определимся, кто чего хочет. Куда идешь ты, — он посмотрел на Марка, — мне неважно. Я склонен считать, что Заслон не просто так мешает тебе спать по ночам. Если его возможно снять вообще и если ты это сделаешь, то это означает одно: у тебя есть свои интересы в северных от Заслона районах, куда пока ни один человек не добрался. Теперь ты, Орех. Чего ты хочешь?
— Я сталкер, — ответил Орех. — И хочу изучить Зону.
— Все с тобой понятно. Ну, а вот чего хочу я. Во-первых, если Заслон будет снят, я хочу это видеть. Во-вторых, я хочу пройти дальше. Но этого, как я понимаю, мне гарантировать никто не может, так что это не условие, а так, информация к размышлению. Времени на распитие бутылки, чтобы узнать друг друга лучше, у нас нет, да я и сам пойму, кто чего стоит, в первом же совместном бою. Так что будьте готовы к тому, что нам придется повоевать. И третье. Я хочу хороший хабар.
— Он будет, — сказал Марк.
— Не сомневаюсь, так как после Заслона хабаром станет любая фиговина, которой не найти в южных районах. Но я не об этом. Я хочу артефакты. Настоящие, с уникальными свойствами, дорогие. Чтобы душа плясала. Чтобы можно было их продать либо употребить в личных нуждах.
— Ты получишь во много раз больше того, что видел в моем рюкзаке, — сказал Марк.
— Малыш, ты с поразительной точностью улавливаешь мои мысли, — усмехнулся Борланд. — Вам с Орехом нужно будет добыть себе нормальное снаряжение. Оружие я предоставлю — хорошее, проверенное, пристрелянное. Если понадобится, выменяй хлам в своем рюкзаке, только не переусердствуй с редкими образцами. Но чтобы завтра вы оба любовались восходом на границе с Кордоном в полной боевой готовности.
— Будет сделано, — кивнул Марк.
— И еще одна деталь. Я включу в группу двух человек.
— Зачем? — спросил Марк, а Орех начал переминаться с ноги на ногу.
— Потому, что я так решил, — спокойно ответил Борланд. — Без обид, парни, я не намерен бродить по всей Зоне вдоль и поперек, имея вас обоих на хвосте. Будь вы профессионалами, другое дело. Но, вместо того чтобы стать моей тенью, глазами и дополнительными руками, вы окажетесь обузой. Подробности объяснять?
— Нет, — сказал Марк, а Орех мотнул головой.
— Вот и прекрасно. Потому что если бы вы не поняли смысла моего простейшего требования, экспедицию можно было бы заканчивать, не начиная. Завтра к восходу солнца я приду на границу с Кордоном с двумя парнями. Хорошими, надежными. А вы оба помните, что я вам сказал. Есть вопросы?
— Нет, — ответил Марк, слегка улыбаясь.
Борланд словно не заметил улыбки:
— Отлично. Тогда расходимся.
— Расходимся, — повторил Марк и поправил рюкзак на спине.
Орех приготовился последовать за ним.
— Удачи тебе, сталкер, — сказал он Борланду.
Вдали раздался звериный рев.
