— То-то! — назидательно каркнула женщина. — А то раскудахталась мне, птичка. Ты что же думаешь, всё так просто делается в этом мире? Знаешь, сколько жизней потрачено на твой песочек-то, чтоб ты ходила и часики переворачивала, когда вздумается?
Агафья Степановна вынула из сумки стеклянную поллитровую банку и потрясла перед лицом Наташи. Серый пепел колыхнулся в тон её руки и медленно осел на дно.
— Вы что, воруете прах из крематория?
Женщина хмыкнула и спрятала свою страшную ношу.
— Ты получила, что хотела.
— Постойте! Дайте мне ещё! Я должна вернуться и спасти Игоря!
— Размечталась. Сделанного не воротишь.
— В смысле? Отдайте мне банку!
Девушка вырвала у ведьмы сумку, открыла крышку и высыпала пепел в песочные часы под ироническим взглядом Агафьи, а затем резко перевернула их, загадывая нужный момент.
Но ничего не произошло и издевательских смех разнесся по всей округе.
— Ишь ты смелая какая! Говорю же — не воротишь!
— Сделайте новые часы! — Наташа вцепилась в руки женщины ледяными пальцами. — Что вы хотите? Хотите денег? Много! Очень много!
— Хочу, — произнесла та и удивила простотой ответа. — Сколько у тебя есть?
— С собой, может, тысячи три. — Девушка принялась копаться в кошельке и доставать всю наличность.
— Э нет, копейки оставь себе. На такси.
— Сколько же вам нужно?
— Всё, что ты успела заработать за эти два года.
— Да вы рехнулись?!
— Хозяин-барин! — Агафья Степановна пошла дальше, но через минуту Наташа догнала её.
— Я потратила почти всё, что заработала! Я не смогу собрать всю сумму!
— А квартира тебе на что?
— Быстро я не смогу её продать…
— А ты поставь цену пониже. Охотники найдутся. Да наличкой всё забери. И приходи ко мне. Будут тебе новые песочные часы.
— С такой суммой по улице расхаживать…
— Тебя никто не тронет, — заявила Агафья.
Стояла полночь. Наташа открыла дверь и вошла в квартиру с бьющимся до отказа сердцем. Она заметила присутствие Федора, только когда тот вышел из комнаты, недовольный и озлобленный.
— Где ты была? — не внушающим добра тоном произнес он.
— По делам ездила…
— Ничего что у нас сегодня вечер провалился?
— Прости… Мне очень нужно кое-что сделать…
Она прошла мимо него с подчеркнутым равнодушием, чем разожгла нешуточную бурю.
— Ната, осторожней! — Он влетел на кухню и вырвал из её рук ноутбук. — Не играй со мной!
— Я не играю. Отдай ноут, Федь. У меня мало времени.
— Опять время?! Ты можешь объяснить, что происходит!
Его пальцы побелели, и девушка испугалась, что он продавит тонкий корпус компьютера.
— Всё в порядке, — притворилась она и приласкалась как обычно. Часы пришли в негодность, не было возможности отмотать назад, и неуверенность заняла первое место. — Слушай, дай мне некоторое время, ладно? Я должна прийти в себя. Обещаю, скоро всё будет хорошо.
Мужчина громко поставил ноутбук на стол и безмолвно покинул квартиру. Грудь разрывала боль, и Наташа бессильно опустилась на стул. Прошел час, два, а её безвольные руки продолжали покоиться на коленях. На улице завизжала машина и заставила очнуться. Не сомневаясь, девушка выставила квартиру на продажу и включила телефон на полную громкость.
Наверное, в мире не было сделки быстрее, чем эта: уже на следующий день молодая пара пришла осматривать квартиру, и их охватил бурный восторг, в течение недели все документы и счета были готовы, и Наташа осталась на улице у дверей банка с раздувшейся от купюр спортивной сумкой, чтобы бесстрашно сесть в такси, бесстрашно проехать всю дорогу до ненавистного дома и бесстрашно расплатиться с водителем. Всю неделю телефон разрывался от звонков, сначала от Федора, а потом и от Ольги. Наконец, когда всем надоело стучаться в закрытые двери, пришла смс: «Ты уволена!» Девушка задавила в себе банальный порыв разрыдаться и стерла сообщение.
Агафья Степановна словно знала, что именно сегодня её посетит долгожданная клиентка. Она чисто вымыла квартиру, расставила обувь в особом порядке и заварила крепкий чай. В дверь позвонили, и она радушно встретила гостью.
Наташа стояла смиренная, раздавленная, с болезненно влажными глазами. Она бросила сумку у ног женщины и протянула ладонь.
— Заходи, нельзя на пороге-то стоять!
Ведьма втащила покорную её воле девушку, и пригласила на кухню, не обратив никакого внимания на деньги. Как будто всё затевалось не ради них.
— Чайку тебе сейчас налью, пирожок положу. Свеженький! Только что испекла.
Агафья Степановна поставила на стол тарелку с голубой каёмочкой, и Наташа увидела в этом насмешку.
— Вы что, издеваетесь?
— Для такого большого прыжка силы нужны, дорогая, — ласково ответила женщина.
— Я прыгала на пару дней назад и ничего такого!
— Неужто и голода не ощущала? И силы у тебя прежние были?
Девушка смутно припоминала легкое утомление и урчание живота, но тогда не придавала этому значения. Решив послушаться и в этот раз, она вонзила зубки в необычайно мягкое тесто и приказала себе не наслаждаться ароматнейшим пирожком с повидлом. Он таял во рту и оставлял дивное послевкусие, так что пришлось признать — вкуснее она не пробовала.
