Пьесы 1901-1906 полностью

Рябцов. Да ведь я ничего не говорю. Хоть молодой, а я понимаю — нам надо цепью… крепче друг за друга…

Левшин(вздохнув). Верно.

Ягодин(улыбаясь). Соединимся, окружим, тиснем — и готово.

Рябцов. Ладно. Чего же? Я один, мне и следует. Только противно, что за такую кровь…

Левшин. За товарищей, а не за кровь.

Рябцов. Нет, я про то, что человек он был ненавистный… Злой очень…

Левшин. Злого и убить. Добрый сам помрет, он людям не помеха.

Рябцов. Ну, всё?

Ягодин. Всё, Пашок! Так, значит, завтра утром скажешь?

Рябцов. Да чего же до завтра-то? Я говорю — я иду.

Левшин. Нет, ты лучше завтра скажи! Ночь, как мать, она добрая советчица…

Рябцов. Ну, ладно… Я пойду теперь.

Левшин. С богом!

Ягодин. Иди, брат, иди твердо…

(Рябцов уходит не спеша. Ягодин вертит палку в руках, рассматривая ее. Левшин смотрит в небо.)

Левшин(тихо). Хороший народ расти начал, Тимофей!

Ягодин. По погоде и… урожай!

Левшин. Этак-то пойдет, выправимся мы.

Ягодин(грустно). Жалко парня-то…

Левшин(тихо). Как не жалко! И мне жалко. Вот, иди-ка в тюрьму, да еще по нехорошему делу. Одно ему утешение — за товарищей пропал.

Ягодин. Да…

Левшин. Ты… Молчи уж!.. Эх, напрасно Андрей курок спустил! Что сделаешь убийством? Ничего не сделаешь! Одного пса убить — хозяину другого купить… вот и вся сказка!..

Ягодин(грустно). Сколько нашего брата погибает…

Левшин. Идем, караульный, хозяйское добро сторожить! (Идут.) О, господи!..

Ягодин. Чего ты?

Левшин. Тяжело! Скорее бы распутать жизнь-то!

Занавес

Большая комната в доме Бардиных. В задней стене четыре окна и дверь, выходящие на террасу; за стеклами видны солдаты, жандармы, группа рабочих, среди них Левшин, Греков. Комната имеет нежилой вид: мебели мало, она стара, разнообразна, на стенах отклеились обои. Управой стены поставлен большой стол. Конь сердито двигает стульями, расставляя их вокруг стола. Аграфена метет пол. В левой стене большая двухстворчатая дверь, в правой тоже.

Аграфена. На меня сердиться не за что…

Конь. Я не сержусь. Мне наплевать на всех… я, слава богу, умру скоро… У меня уж сердце останавливается.

Аграфена. Все умрем… хвастаться нечем…

Конь. Будет уж… омерзело все! В шестьдесят пять лет — пакости, как орехи… зубов у меня нет заниматься ими… Нахватали народу… мочат его на дожде…

(Из левой двери выходят ротмистр Бобоедов и Николай.)

Бобоедов(весело). Вот и зал заседания, чудесно! Так, значит, вы при исполнении служебных обязанностей?

Николай. Да, да! Конь, позовите вахмистра!

Бобоедов. И мы подаем это блюдо так: в центре этот… как его?

Николай. Синцов.

Бобоедов. Синцов… трогательно! А вокруг него — пролетарии всех стран?.. Так! Это радует душу… А милый человек здешний хозяин… очень! У нас о нем думали хуже. Свояченицу его я знаю — она играла в Воронеже… превосходная актриса, должен сказать. (Квач входит с террасы.) Ну что, Квач?

Квач. Всех обыскали, ваше благородие!

Бобоедов. Да. Ну и что же?

Квач. Да ничего не оказалось… спрятали! Докладам: становой очень торопится, ваше благородие, и невнимателен к занятиям.

Бобоедов. Ну, конечно, полиция всегда так! У арестованных нашли что-нибудь?

Квач. У Левшина за образами оказалось.

Бобоедов. Принеси все в мою комнату.

Квач. Слушаю! Молодой жандарм, ваше благородие, который недавний, из драгун который…

Бобоедов. Что такое?

Квач. Тоже невнимателен к занятиям.

Бобоедов. Ну, уж ты сам с ним справляйся. Иди! (Квач уходит.) Вот, знаете, птица этот Квач! С виду так себе и даже как будто глуп, а нюх собачий!

Николай. Вы, Богдан Денисович, обратите внимание на этого конторщика…

Бобоедов. Как же, как же! Мы его прижмем!

Николай. Я говорю о Пологом, а не о Синцове. Он, мне кажется, вообще может быть полезен.

Бобоедов. А, этот наш собеседник! Ну, разумеется, мы его пристроим…

(Николай идет к столу и аккуратно раскладывает на нем бумаги.)

Клеопатра(в дверях направо). Ротмистр, хотите еще чаю?

Бобоедов. Благодарю вас, пожалуйста! Красиво здесь… Очень! Чудесная местность!.. А ведь я госпожу Луговую знаю! Она в Воронеже играла?

Клеопатра. Да, кажется, играла… Ну, а что ваши обыски, нашли вы что-нибудь?

Бобоедов(любезно). Всё, всё нашли! Мы найдем, не беспокойтесь! Для нас даже там, где ничего нет, всегда что-нибудь… найдется.

Клеопатра. Покойник смотрел легко на все эти прокламации… он говорил, что бумага не делает революции…

Бобоедов. Гм… Это не совсем верно!