И н г а. Мое почтение пропаганде и примкнувшей к ней агитации.
М а р к. В вашем приветствии, мадам, историческая неточность. Древнейшая из книг, Библия, утверждает первородство агитации. Ибо только при помощи сего мощнейшего воздействия Ева могла совратить Адама.
И н г а. А я думала, что ты, как всегда, будешь отбиваться цитатой. (С подвохом.) Слышал новость? Марк. Какую?
И н г а (трагично). Один из твоих лекторов-атеистов покушался на самоутопство.
М а р к (подыгрывая). Но досужие октябрята, как всегда, были начеку.
И н г а (притворно вздыхая). Подвел беднягу язык. Целых полметра выглядывало из воды.
А л л а (смеясь). Традиционный поединок острословия закончился боевой ничьей. (Оглядываясь на дверь.) А вот и Саша!
Входит скромно одетая д е в у ш к а. В ее угловатой фигуре, скупых и резковатых жестах, в манере держаться угадывается сильный характер.
М а р к (идя навстречу). Сашок, милая! Дай я тебя облобызаю.
И н г а (отвешивая поклон). Наследнице комсомольского престола строителей мое искреннее соболезнование.
А л л а (протягивая Саше руку). От всего сердца, Саша!
С а ш а (смущенно, но с достоинством). Спасибо. И за поздравления и за соболезнование. (Инге.) После Колобова мне будет трудно. В комитете одиннадцать человек, все мужики. Колобова они обожали…
И н г а (с вызовом). Не обожали, а прямо-таки обожествляли! После пленума его, как китайского божка, на руках качали.
С а ш а (Марку). Считай, что вам повезло.
Входит высокий, стройный Д е м и к о А б д у л а д з е, вслед за ним сутулый и весь какой-то нескладный А н а т о л и й С к о р о х о д о в.
А б д у л а д з е (ко всем). От имени гармонично развивающегося коллектива таксоджигитов физкультпривет!
И н г а (к Абдуладзе). Сегодня, видимо, внекалендарный праздник, князь? Вы в новом фраке?
С к о р о х о д о в (обнимая Сашу). Поздравляю!
А б д у л а д з е (Инге). Ты угадала, дорогая. Колобов сегодня произнесет тронную речь. Я человек чувствительный и с утра нахожусь во взволнованно-приподнятом состоянии.
И н г а (вынимая из сумочки платочек). Возьмите, князь.
А б д у л а д з е (не уловив подвоха). Зачем?
И н г а. Слезы вытирать.
А л л а (смеясь). Один ноль! (Ко всем.) Планерка назначена здесь, в приемной.
И н г а (удивленно). Здесь?
А б д у л а д з е. Такой хороший человек, а грузинских обычаев не знает…
М а р к. Место происшествия иногда проливает свет на его тайный умысел. Давайте искать умысел…
Все внимательно разглядывают приемную, словно что-то ищут. Входят н о в ы е р а б о т н и к и и тоже недоуменно оглядываются. В дверях появляются К о л о б о в и С а м а р и н.
А л л а (неожиданно громко). А вот и Андрей Иванович!
Колобов здоровается со всеми за руку, усаживается за стол секретаря-машинистки. Самарин сдержанно поклонился, присел рядом с Колобовым.
К о л о б о в. Все в сборе?
А л л а (вставая). Отсутствуют четыре человека. Второй секретарь горкома Миронова в декретном отпуске… Заворг Степашин болен. Редактор «Солнечного удара» Кийко в командировке…
К о л о б о в. Он-то мне и нужен. (Алле.) Спасибо. (Ко всем.) Ваши рабочие планы на эту неделю я просмотрел. Планы толковые, конкретные, а главное, деловые. Есть одно замечание: работникам аппарата и освобожденным секретарям комитетов комсомола надо почаще бывать в первичных организациях.
И н г а (с подвохом). Ваш революционный девиз, как я его понимаю, — массовое хождение в трудовой народ.
К о л о б о в (с некоторым нажимом). Свой девиз, с вашего позволения, я обнародую несколько позже.
И н г а (притворно потупясь). Пардон. Рядовую точку в конце фразы я ошибочно приняла за восклицательный знак.
К о л о б о в (Марку). Отдел пропаганды запланировал выпуск сатирической газеты. Я прочитал материалы и считаю, что газету выпускать пока нельзя.
М а р к (удивленно). Почему?
К о л о б о в. Во многих материалах мы бичуем не сам порок, пустивший корни среди определенной категории молодежи. А в издевательски-оскорбительном тоне, зло высмеиваем конкретную личность. Хотя личностям-то этим всего-навсего по семнадцать лет.
