Пьесы полностью

С о л д а т. Слушаю, господин капрал. У меня сразу онемеют.

Капрал выходит.

Подлюга! Такие вот в нашем селе все отобрали у бедняков до нитки. За одно слово под пулю подводят. А богачам только прибыль от войны. Чем я могу помочь вам? Доверьтесь мне…

Ф у ч и к. Если ты честный парень, выйди за дверь.

С о л д а т. Но…

Ф у ч и к. Ну, как хочешь. Капрала боишься?

С о л д а т. Это запрещено. Я остался тут один. Шею свернут.

Ф у ч и к. Дело твое.

С о л д а т. Эх, была не была. (Махнув рукой, выходит).

Фучик, Йозеф Елинек и Лида взволнованно соединили руки.

Ф у ч и к. Слыхали?! Сталинград! Победа!

Л и д а. Победа!

Й о з е ф. Теперь нам сам черт не страшен!

Ф у ч и к. Не скрутили тебя, старик?

Й о з е ф. Эге, если совесть прикажет, ни язык, ни глаз не скажут! (Засмеялся). Словно снова в своей квартире… Вот так. (Сжимает руки Фучику и Лиде).

Ф у ч и к. Да, друг, два или три коммуниста вместе — это уже сила. И сила непобедимая, пусть даже в кандалах и за решетками. (Показывает на зал). И эту их выдумку, эту «четырехсотку», мы тоже обернем против них!

Й о з е ф. Верно, Юльча. Послушай, они выпытывали, знаю ли я что-нибудь о профессоре Фельбере, потом… о докторе Штыхе, о Кропачке.

Ф у ч и к. Их тоже схватили? Это — комитет интеллигенции!

Л и д а (с ужасом). Группа Мирека…

Ф у ч и к. Да. Группа Мирека. (Про себя). Теперь все.

Й о з е ф. И еще о «Юнкерсе»… Выпытывали, кого, кроме арестованных, я знаю из конструкторского бюро. Бэм налетит туда, увидите!

Ф у ч и к. Ну, это мы еще увидим, кто успеет раньше! Ты слышала, Лида, они снова подбираются к «Юнкерсу». Будь осторожна, их надо сбить со следа. Что они знают о тебе?

Л и д а. Все.

Ф у ч и к. Что ты признала?

Л и д а. Ничего. Но если нужно будет, я возьму все на себя.

Й о з е ф. Что… на себя?

Л и д а. Ну, будто связь с «Юнкерсом» шла через меня. Что вы так смотрите? Разве можно повесить дважды?

Ф у ч и к. Мы должны опередить их!

Й о з е ф. Боюсь, что час и тот дорог!

Л и д а. Моя надзирательница Ружена рисковала дважды, рискнет еще раз.

Ф у ч и к. Ты понимаешь, что передать?

Л и д а. Конечно.

Входит  с о л д а т.

С о л д а т. Капрал возвращается!

Входит  к а п р а л.

К а п р а л (Елинеку). Пойдешь со мной.

Й о з е ф. Куда?

К а п р а л. Пропуск на тот свет. (Показывает конверт). Чик-чик — и готово!

Й о з е ф. Веди! Всех не перевешаете.

К а п р а л. Пошутил… Освенцим! Свежий воздух, зеленая травка…

Й о з е ф (прощается с Фучиком и Лидой). Ни о чем не жалею. Марию только жаль. Кончаю жизнь, но с вами нашел большее. Веди! Честь! (Выходит твердым шагом, подняв кулак).

Ф у ч и к  и  Л и д а (поднимают кулаки). Честь!

К а п р а л. Молчать! (Уходит за Елинеком).

Л и д а. Мы видели его в последний раз.

Ф у ч и к. И не забудем никогда.

Из кабинета следователя выводят  М и р е к а. Его взгляд трусливо блуждает, он почти падает на скамью. Лида бросается к нему, прижимает его голову к себе.

Л и д а. Родной мой… любимый!.. Жизнь моя… Как они мучают тебя!

Фучик с болью смотрит на девушку.

М и р е к. Скорей бы смерть.

Г е с т а п о в е ц (в дверях). Лида Плаха!

Л и д а. Если б я могла стать такой, как ты.

М и р е к. Молчи! О, они знают, как меня мучить.

Г е с т а п о в е ц. Лида Плаха!

М и р е к. Иди… Только не верь им… Они хотят нас всех перессорить… Ни одному слову не верь!

Лида уходит.

Глоток воды, господин сержант, один глоток.

Солдат хочет налить воды, но Фучик опережает его и подходит к Миреку. Тот сидит спиной, опустив голову, и не видит его.

Ф у ч и к (со стаканом в руке, подходит вплотную). Я ждал в тюрьме смерти, но не измены!

М и р е к (обернувшись, с ужасом). Юльча!

Ф у ч и к. Я не мог, не хотел в это поверить… А ты предал меня, предал всех! Изменник и дезертир!

М и р е к. Я — изменник? Я? И вы поверили в это?

Ф у ч и к. Трус и изменник! (Показывает в окно). Там, где всегда были товарищи, ты держался. А тут, с глазу на глаз с гестапо, от тебя не осталось ничего. Молчишь? Молчать нужно было там!

М и р е к. О-о… Я ничего не покупал, не просил пощады, я лишь искал смерти, избавления от мук… Потом они сказали: «Фучика уже нет…»

Ф у ч и к. И не перед кем будет отвечать?! Назвал меня, потом остальных… Если бы ты остался человеком, и ты, и я уже были бы убиты, но остальные на воле продолжали бы борьбу. Ты назвал уже всех?

М и р е к. Нет, нет!

Ф у ч и к (схватив его за шиворот). Иди, отдай скорее на смерть остальных, Иуда!

М и р е к. Нет, нет, пусть из меня жилы вытянут… Я, я больше ни звука, я…