Пьесы и сценарии полностью

Большая гостиная. Пожилые — за картами, малыша нет. Под крикливую песенку с радиолы несколько пар танцуют современное, в их числе Филипп с Альдой, Генерал с Эни. Вскоре танец кончается. Генерал подходит к Филиппу и Альде. Эни проходит по гостиной, следя, чтобы всем было весело.

ГЕНЕРАЛ. Я благодарю вас, профессор, за прекрасно проведенный вечер. Мне скоро пора уходить. На прощанье вы разрешите задать несколько вопросов вашей подопечной?

ФИЛИПП. Разумеется, генерал, разумеется!

ГЕНЕРАЛ (Альде). Я вас не утомлю? Не обезкуражу?

АЛЬДА (всё, что она говорит сегодня, — размеренно, равнодушно, отчасти устало). Пожалуйста.

ГЕНЕРАЛ. Скажите, свойственно ли вам было прежде чувство страха? Страха?

АЛЬДА. Очень.

ГЕНЕРАЛ. Вы — боялись, да? и чего вы боялись?

АЛЬДА. Мне сейчас даже не верится. Всего боялась. По утрам — что надо идти на шумные улицы. По вечерам — одиночества, темноты.

ГЕНЕРАЛ (с надеждой). А теперь?

АЛЬДА. Ничего не боюсь.

ГЕНЕРАЛ (всплескивая). Великолепно! Замечательно!.. Ну, а например — страх за сына?

АЛЬДА. А почему я могу бояться за сына?

ГЕНЕРАЛ. Кстати, у вас его отнимали, да? По суду?

АЛЬДА. Нет, свекровь только угрожала судом — и я сдалась. Я издёрганная была. А теперь вот мистер Радагайс выхлопотал мне медицинские справки. и я решительно забрала.

ГЕНЕРАЛ (просияв). Решительно? Вот это интересно тоже. Вам раньше свойственны были… колебания?

АЛЬДА (смеётся деревянно). Никогда я не знала, как сегодня одеться. Как построить день. Что приготовить поесть. Если бы вы дали мне на выбор две одинаковых конфеты — я б не выбрала.

ГЕНЕРАЛ. Эт-то замечательно! Эт-то удивительно! Ну, благодарю вас, благодарю! Вы не представляете, как вы меня радуете! (Отдельно Филиппу.) Скажите, ну а в масштабе… э-э-э… сотен человек? Тысяч?.. Я не говорю пока… э-э-э… миллионов? Такую операцию можно произвести?

ФИЛИПП. Средства! Только средства, господин генерал.

ГЕНЕРАЛ. Так я гарантирую вам! Можете считать, что в текущем году ваш институт уже на нашем бюджете.

Целует руку Альде. Подошла Эни. Филипп направляется провожать.

Нет-нет, уж доставьте удовольствие, пусть меня проводит ваша обаятельная хозяйка. (Прощается. Уходит с Эни.)

ФИЛИПП. А куда делся ваш бутуз?

АЛЬДА. Да где-то Эни его положила спать. Кажется, в комнате Ники.

ФИЛИПП. Очень вы были внимательны к Ники, скрасили ей немало вечеров. Спасибо. Понимаете, трудно было решиться на этот шаг, но… Болезнь так затянулась… Дома невозможно было обезпечить правильный уход, полное лечение.

АЛЬДА. Это понятно.

ФИЛИПП. и по-моему, ей там будет даже лучше. Там будут разные процедуры…

Альда кивает.

У неё появится надежда на выздоровление.

АЛЬДА. Но надежды нет?

ФИЛИПП. Нет. и куда же, Альда, теперь вы?

АЛЬДА. В мою обычную жизнь.

ФИЛИПП. Если собирать телевизоры — не допущу! Вот развернётся мой институт — я устрою вас у себя. Это будет и оплачиваться лучше, и…

Звонит телефон. Возвратившаяся Эни берет трубку.

ЭНИ. Квартира профессора Радагайса… Да, празднуем, но кто говорит? (Холодно.) А, здравствуйте… Эни, да… Разумеется, в полном составе… Я передам ваши поздравления… Она здесь. Я позову её сейчас. (Громко.) Альда!

Но кто-то на мгновение ещё громче включил радиолу, и Альда не слышит.

(В трубку.) Почему не надо? Я сейчас позову… Хэллоу! Хэллоу! (Недоумение. Кладёт трубку. Идёт к Филиппу и Альде.) Я прошу извинить меня, но звонила Тилия Крэйг. Она передала новому профессору и новому институту свои… самые пылкие, как она выразилась, поздравления.

Филипп молчит.

Затем она попросила к телефону вас, Альда, но тут же бросила трубку. Может быть, вы позвоните ей сами?

Альда, пожав плечами, встаёт, медленно идёт к телефону. Сев около него, звонит. Но никто не подходит.

ЭНИ. Фли! Я скоро буду тебя ревновать. и к Альде. и к Тилии.

ФИЛИПП (улыбается). Сядь.

Эни садится.

Ты сегодня держишься отлично, с прекрасным тактом. Ты просто освещаешь всё вокруг.

ЭНИ. Но не думай, что это мне легко, Фли. Во всех глазах мне чудится осуждение или насмешка. Двусмысленное положение…

ФИЛИПП. Так вот чтоб оно не было больше двусмысленным — сегодня ты будешь хозяйкой до конца. Хватит скрываться! Дверь за последним гостем мы закроем с тобой вместе.

ЭНИ (живо). Нет ещё!

ФИЛИПП. Да!! До каких пор мы, живые, должны сторониться перед тенью? Это же не логично! Довольно, что мы в дом не могли войти, не испытывая этого давления упрёка. Да теперь она сама со временем всё поймёт и примирится.

ЭНИ. С чем же ей примириться, Фли? С тем, что мы ждём её смерти?

ФИЛИПП. А мы вовсе не ждём. Пусть живёт. Но будем жить и мы!

Снова малая гостиная. Тербольм, Алекс и Синбар — в оживлённом споре. Трубка Синбара участвует в его аргументах.

ТЕРБОЛЬМ. Так примем, что: счастье — это душевная полнота? У кого есть ощущение наполненности его жизни — вот тот и счастлив?