Пьесы и сценарии полностью

АЛЕКС (изумлён). И-рун Зио-дор?! Математическую физику!

ФИЛИПП (хохочет). Ну! Вот и сам посуди. Ужас! Но подожди, я уже их начал прочёсывать. Я показал им, как надо работать! Сам себя не щажу — ну, и вокруг меня тянут! Увлекательный спорт: выжигать рутинёров из гнёзд одряхлевших теорий!! (Хохочет.) Слушай, эти пять лет после оправдания — где ты был?

АЛЕКС. А там же, в Каледонии.

ФИЛИПП. То есть… это в плане того, что… смысла жизни искал?

АЛЕКС. Пожалуй, что так. (Смеётся.) Девяти лет мне не хватило, остался додумать.

ФИЛИПП. М-да-а-а… Ну и сколько ты зарабатывал? Что ты там делал?

АЛЕКС. Преподавал.

ФИЛИПП. Детишкам?

АЛЕКС. У-гм.

ФИЛИПП. Ты просто губил себя!

АЛЕКС. Сперва был доволен очень. А потом… Начал понимать, что преподавание моё — отчасти ложь. Наталкиваю я их теоремами, чертежами, разговорами о Космосе. Но не готовлю, как сопротивляться безсердечию и расчёту, ожидающему их в жизни.

ФИЛИПП. Слушай, ты помнишь, каким я был до войны? Раскисляй, лапша, философ на огуречном рассоле, — помнишь?

АЛЕКС. Да.

ФИЛИПП. Так вот теперь такой ты!

АЛЕКС (тихо смеётся). А во-вторых, честно говоря, на-до-ело как-то. Из года в год параграфы — потом спрашивать, опять параграфы — и опять каждого спрашивать. Мозги сохнут.

ФИЛИПП. Да ведь нельзя же паклею заткнуть вулкан! Что ж у тебя — простого человеческого самолюбия не осталось?! и в такой же цвет ты и жену подыскал?

АЛЕКС. Нет. Жену другую.

ФИЛИПП. Там? Но кого ты мог там найти?

АЛЕКС. Да я несколько бы стеснялся её сюда привезти. Но этот вопрос отпал. Её уже нет.

ФИЛИПП. Молодчик! Ты её бросил!

АЛЕКС. Смешно сказать, но она — меня…

ФИЛИПП. Она тебя (громоподобно хохочет с широкими жестами.)

Алекс присоединяется.

Она тебя?! (Смеётся ещё громче, его всего трясёт, он отмахивается.) Так слушай, она трезвый человек! Она правильно сделала! (Новый приступ смеха. Вытирает слёзы.) Она тебя?!.. (Успокаивается.) Блестяще! и — где ты сейчас?

АЛЕКС. Пока нигде. Я только что приехал.

ФИЛИПП. и — кто ты?

АЛЕКС. Пока никто. Соискатель на место.

ФИЛИПП. …школьного учителя?! (Яростно.) Ал! Ты ещё не безнадёжно потерян! Слушай внимательно: за эти пять лет я перевернул здесь горы! Я иду колоссально вверх, колоссально вверх! Я избрал биофизику. Это оказалось очень свежо. Я защитил первую диссертацию, добился — в страшных боях! — создания при университете лаборатории биокибернетики, она растёт, и я её начальник. У нас интереснейшие результаты! Через несколько месяцев я — доктор наук и профессор!

АЛЕКС. Фил! А ты помнишь, каким я был до войны? Человек-снаряд!

ФИЛИПП. Ну да, да! Поэтому я и верю в тебя!

АЛЕКС (грустно). Теперь такой — ты… Как поразительно. Мы полностью поменялись с тобой характерами. Мы поменялись взглядами на жизнь.

ФИЛИПП. Да ты в науку сейчас бросишься, как лев, я не сомневаюсь! Ты будешь работать со мной! Ты повторишь мой путь ещё быстрей. Только перестань здесь всем тыкать свою тюрьму. О тебе недавно даже ректор вспоминал. Тебе все будут рады! А кто не рад — посторонись!! Ты же острый математик. В спины и в паруса нам дует неистовый ветер кибернетики!! Наш корабль — на полном ходу! Пока не поздно — держи канат, взлезай на борт, дружище! (Протягивает ему руки.) Жизнь есть борьба!!

АЛЕКС (не принимая рук, обнимает Филиппа). Прекрасно, друг, прекрасно. Я благодарен тебе. и я любуюсь, что ты стал таким. и то, что ты предлагаешь, конечно, волнует меня: наш старый университет! дорога славы под сводами, видавшими нашу молодость… Но если б ты мог ответить мне на один вопрос… На один вопрос… Зачем?

ФИЛИПП. То есть… что — зачем? Зачем… вообще наука?

АЛЕКС. Да. ЗАЧЕМ — НАУКА?

ФИЛИПП. Ты просто разыгрываешь меня? В чём ты видишь тут вопрос? Азбучные истины! Да прежде всего… это дьвольски интересно! Это высокое наслаждение, неужели тебе…

АЛЕКС. Так что? Просто для себя? Из эгоизма?

ФИЛИПП. Да все материальные богатства, созданные человечеством, не через науку ли созданы?

АЛЕКС. и это не ответ. А зачем нам богатство? Богатство улучшает разве человека? Я не замечал.

ФИЛИПП. Вот прицепился к слову! Ну, не богатства, — все блага материальные на нашей планете, вся цивилизация, вся культура — всё создано наукой, всё!! О чём тут спорить?

АЛЕКС. О том, что, хвастаясь, как много благ теперь совокупно добываем мы, не упоминают — а чего нам это добывание стоит? Ответ будет ужасен: весь человеческий интеллект до конца уходит на добывание благ! Все духовные силы наши — до исчерпа! Вру, ещё остаётся часть, чтобы давить друг друга.

ФИЛИПП. Прицепился ты, как клещ. Да, в конце концов, двадцатый век без науки не был бы двадцатым веком! Это — душа его!

АЛЕКС. Или — бездушие?

ФИЛИПП. Да не сомневаться, а — на колени! Преклоняться перед наукой!