С т а р к о в. Это жена, Виктория Владимировна. Но, видите ли, в чем дело. Художник изображает натуру такой, какой она является на самом деле, то есть не то, что лежит на поверхности, а подспудное, невидимую суть.

В и к а (Никанору). Неужели все-таки моя суть такая страшная?

Н и к а н о р (льстиво). Вы здесь, Виктория Владимировна, вроде бы как живая.

В и к а. Спасибо.

С т а р к о в (Вике). Что, съела?

В и к а. А мой муж ужасно боялся, что народ его не поймет. Как видишь, твои опасения были напрасны. (Уходит на кухню.)

С т а р к о в (прячет портрет). Приехал поработать поближе к натуре, только вот времени не хватает.

А г р и п п и н а. Надолго приехали?

С т а р к о в. Кто, я? Если все будет нормально, то… Лето, потом осень. Осенью здесь довольно много красок.

А г р и п п и н а. На работу куда думаете устраиваться?

С т а р к о в. Как?

А г р и п п и н а. Да вы вот сказали — надолго приехали. Я и спрашиваю: на работу куда думаете устраиваться или как?

С т а р к о в. Видите ли… В вашем понимании этого слова я не работаю. То есть работаю, конечно, но… вот это все, это и есть моя работа.

А г р и п п и н а. Я-то к тому, что у нас тут приезжают художники и лозунги пишут в правлении. Хорошо, говорят, платят. Вот и вам бы попробовать. Мы и поговорить с кем следует можем. А насчет Катьки — так за нее только слово замолвить.

Н и к а н о р (поняв по лицу Старкова, что Агриппина говорит не то). Ты, Агриппина, не понимаешь ничего. У Владимира Леонидовича умственное занятие.

А г р и п п и н а. А я разве что говорю против умственного? Я про работу говорила.

С т а р к о в. Да, вы извините, я на минуточку отлучусь. Холст там у меня сохнет. Можете посмотреть пока журналы. (Выходит на улицу.)

Никанор берет журнал, раскрывает.

А г р и п п и н а. Сейчас же вставай — и пошли отсюда.

Н и к а н о р. Да ты что, ничего еще не договорились.

А г р и п п и н а. Вижу я, как ты договариваешься — гляди что зенки вылезут.

Н и к а н о р. Я что, зажмурившись с ней должен разговаривать?

А г р и п п и н а. Совсем не разговаривай. (Передразнивает Никанора.) «К кому идем… К кому идем… Костюм надень, костюм»… Пришли!

Н и к а н о р. Мода, значит, переменилась. А ты зачем к нему со своим колхозом лезешь?

А г р и п п и н а. В контору ему поможем устроиться, тогда и с Катькой помогут.

Н и к а н о р. Нужна им твоя контора, как же! Он сюда за натурой приехал.

А г р и п п и н а. А чего она означает-то, твоя натура?

Н и к а н о р. Откуда я знаю? Сама слышала, так и сказал: приехал, дескать, поближе к натуре. Оплата, наверно, такая, вроде бы как сдельно-премиальная. И больше не суйся в это дело.

А г р и п п и н а. Сам меня сюда засунул, теперь вот сиди хлопай глазами. Да если б не Катька, я б минуты тут не усидела.

Входит  В и к а  с чаем. Вопросительно смотрит, куда исчез Старков. Агриппина встречает ее откровенно враждебным взглядом.

Н и к а н о р. На двор вышел Владимир Леонидович, матерьял у него там засох.

В и к а. Мне послышалось, здесь говорили о чем-то интересном?

Н и к а н о р. Это мы. В журнале тут написано, обсуждаем.

В и к а. О! Там иногда попадаются очень интересные материалы. Мы со Старковым их тоже часто обсуждаем. Будем пить чай. (Вошедшему Старкову.) Захвати там сахар.

Старков приносит сахар, все садятся. Откровенное презрение Агриппины наконец начинает раздражать Вику. Ее напряженные нервы не выдерживают, и она начинает заводиться. Старков после предложения писать лозунги замкнулся, он ждет, когда гости наконец будут прощаться.

(Агриппине.) Да, кстати, почему у вас никто не загорает? Я вчера пошла, но женщины с огородов так странно смотрели на мой купальник. Разве у вас женщины не загорают?

Агриппина игнорирует вопрос.

Н и к а н о р. Дак нашим женщинам что, им бы только посудой греметь да в огороде копаться.

А г р и п п и н а. А кто, ты, что ли, за меня посуду вымоешь? Ты лучше на своих мужиков погляди. (Старкову.) Вот бы кого покритиковать-то как следует. Пьют беспросыпно и с женами как следует не живут.

В и к а. Это в каком смысле?

А г р и п п и н а. А так, напиваются, что безо всякого смысла.

Н и к а н о р. Вот ду… Кгм… (Старковым.) Семейные разговоры. У нас и дома так бывает иногда. Придем с работы, побранимся немного…

А г р и п п и н а. «Побранимся»… Как насосутся, так и давай баб гонять.

Н и к а н о р. Да ты… ты что, об другом не можешь? Хозяевам вон не дашь слова сказать.

А г р и п п и н а. Распустят сопли и давай воевать.

Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги