К и ж а п к и н. Так-то оно так, конечно… (Снова помолчал.) Недели две назад учительницу вашу встретил… О тебе спрашивала. Хворает она что-то. (Устало поднялся, идет на задний двор. Остановился.) Оно, может, и правильно все… Однако душу не разменять бы, дочка. (Уходит.)
Шурка прошлась по двору, остановилась, мучительно запрокинула голову. В ночном небе слышен тихий крик журавлиной стаи. Вдруг сзади Шурки возник странный человек. В одной руке он держал небольшой черный чемоданчик, в другой — шляпу. Молча наблюдает за Шуркой. Она еще какое-то время постояла, потом тряхнула головой, как бы освобождаясь от чего-то, взяла весло и бросается к берегу. Человек проводил ее взглядом, не спеша привел в порядок свою одежду, пригладил всклокоченные волосы, надел шляпу — на пальце блеснул массивный перстень. Потом он открыл свой чемоданчик — видны ровные ряды обандероленных пачек банкнот, проверил, все ли на месте, закрыл чемоданчик. Подошел к дому, приложил ладонь к левому углу двери и тут же резко отдернул. На серых досках осталось черное дымящееся пятно. Человек поднял воротник дорогого элегантного пальто и исчез. В ночной тишине слышен далекий перестук колес поезда.
<p><strong>ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ</strong></p>СЦЕНА ПЕРВАЯКомната отделения милиции на небольшой железнодорожной станции. Поздний вечер. В комнате трое: сержант милиции Я ш а Р у д а к о в, С у п р у н и А м б р о з е в — на нем дорогое элегантное пальто, шляпа, на руке массивный золотой перстень; он сидит перед Яшей возле стола, на коленях держит небольшой черный чемоданчик. Юрий Михалыч Супрун расположился на деревянном диване вокзального типа; в углу дивана вместо подушки комом уложена телогрейка, на полу аккуратно поставлены сапоги.
А м б р о з е в (в демонстративной позе обиженного). Ну хорошо — оштрафуйте вы меня… Но когда же я теперь смогу уехать отсюда?
С у п р у н. Все, земляк, теперь, если завтра уехать хочешь, в районный центр топать надо. Поезд не машина — не проголосуешь. Он у нас через день на третий, можно сказать, остановки делает.
Яша поднял голову от бумаг.
Чё, Яков Алексеич? (Продолжая улыбаться.) Клиент спрашивает — я отвечаю.
Я ш а. Юрий Михалыч, здесь, кажется, я задаю вопросы, правильно?
А м б р о з е в. Собственно говоря, молодой человек, я два часа как попал в поезд…
Я ш а. Товарищ, я вам еще раз объясняю — не имеет значения, сколько вы ехали. Полная стоимость билета от конца до конца плюс восемь рублей штраф. Расписывайтесь. Вот здесь две галочки, сумму прописью, пожалуйста.
А м б р о з е в. А мне почему-то всегда казалось, что в школе учат верить старшим. Странно, не правда ли?
Я ш а. Я уже слышал. Предъявите билет.
С у п р у н. Представительный товарищ… В шляпе… Покупал — козе понятно! (Смеется.) Ты, земляк, на него не обижайся, у него тут крупные неприятности…
В распахнутом окне появилась Ш у р к а.
Батюшки-матушки, Шуранчик!.. Легка на помине.
Ш у р к а. Иду мимо, смотрю, огонек… (Задержала взгляд на Амброзеве.) Здравствуйте. Как себя чувствуете, Яков Алексеич?
Я ш а. Я?.. Вот… работаю…
Ш у р к а. Да? Везет же! Очень рада, что у вас все получается.
С у п р у н. Шуранчик, милости просим в нашу компанию. Между прочим, вчера лично познакомился с твоим женихом. Всем хорош, ничего не могу сказать, но не пьет. Подозрительно!.. Значит, так, ребята, Шуранчик прибегала ко мне в гости — всё глухо, обещаю!..
