Пьесы [сборник] полностью

Он. Должен сознаться, меня это и в самом деле приводит в замешательство… После всего, что мы видели… после всего, что нам демонстрируют каждый день, на каждом шагу… в театре, в литературе… и что мы сами иной раз заявляем… с такой серьезностью… немудрено испытывать некоторое смущение…

Она. И вправду удивительно, вы не находите? Сколько бы писатели ни разоблачали, ни срывали маски… так что даже порой тошно становится… нам всё нипочем, продолжаем как ни в чем не бывало…

М1. Это естественно. Какая же связь? Там — искусство. Тут — жизнь. Два совершенно разных мира. Ничего общего.

Он. Ну, что касается меня (валяет дурака), то теперь, когда мне всё показали… В общем… ничего не поделаешь: я это вижу повсюду. Едва люди начинают рассуждать в таком духе — я сразу же реагирую на это, как на…

М2. На что же именно?

Он. Как вам сказать… обмен избитыми фразами. Банальностями, одним словом. Вы понимаете, о чем я? Вам ведь достаточно об этом твердили? Всё уже, поди, наизусть выучили… И вас не смущает, что вы опять влезли в это по уши?

Ж2. Чего ж вы хотите? Иначе было нельзя. Надо же чем-то заполнять молчание.

Ж1. И притом быстро. Ждать было некогда. Надо было хватать, что попадало под руку. Пришлось воспользоваться готовым.

М1. И все же я не понимаю… На что вы, собственно, сетуете? В театре слушаешь такое часами и даже получаешь от этого в некотором роде наслаждение. Или читаешь длиннющие романы — и все ради того, чтобы, страница за страницей, во всех подробностях…

Ж1. О да, я обожаю…

Ж2. В персонажах узнаешь себя. Или же не узнаешь.

Ж1. В самом деле. Как будто видишь себя… но при этом не видишь… Смешно.

М3. Только смех какой-то невеселый.

Ж2. Ну, не то чтобы невеселый… Просто смеешься смеха ради, не по-настоящему… Это так упоительно.

Ж1. Все это знакомо. До боли знакомо. И в то же время немного странно, будто впервые сталкиваешься…

Ж3. Точно пелена спадает…

Он. Какая еще пелена? Что там спадает? Чепуха какая-то. Ничего подобного, небылицы. Так сказать, литература… Ни крупицы правды.

М2. Прямо-таки ни крупицы? И избитых фраз тоже нет? Чем же тогда обмениваются?

М1. Да почему? Как это нет? Избитая фраза — это общее место, то есть место, где сходишься с другими…

М3. И делишься своими скромными запасами.

Она(смиренно). Ну да, вот то самое приданое, что нам готовят с детства…

Ж3(с иронией). И откуда мы берем, что нам надо, в случае необходимости.

Она(со вздохом). Совсем как недавно…

М1. Вот именно. Как недавно… И я, со своей стороны, нахожу, что это очень даже хорошо. Во всяком случае, лучше, чем ваши мелочные нападки… на этих Дюбюи…

Он. Лучше? Вы так полагаете?

М1. Конечно лучше. Чище. Невинней.

Она. Послушай, месье прав, не спорь с ним. Обмен банальностями — это что-то чистое, без примесей. Тут нет никакого подвоха.

Ж2. Конечно, это всем известно. Так, одна видимость… впрочем, в этом есть свое очарование.

М3. Нет, моя дорогая, видимость — не то. Видимость предполагает невидимую часть, глубину… а глубина, как известно…

Ж2. Да, знаю: что-то старомодное.

М1. Истрепанное до крайности.

Ж1. И все же порой…

Он. Порой вы чувствуете… как изнутри… поднимается что-то вроде… волны… Так ведь? Вы будто слышите милый старый напев? И не можете с этим совладать, верно? Вы не в силах ничего изменить… Чтобы далеко не ходить за примером, вот недавно: достаточно было чуточку напрячь слух… Из ваших реплик, друзья мои, какой получился концерт! Впрочем, нечто подобное происходит со всеми избитыми фразами. Взять, к примеру, любую, самую плоскую, самую невинную. Что-то вроде: «Ну и погодка! Лето от зимы не отличишь!» Или: «О-хо-хо, как время-то летит! Да и мы не становимся моложе». Или еще: «Мне нравится эта книга. Поистине литературный памятник». Во всем этом… сквозит… Если бы мы только захотели… если б осмелились… Только вы не хотите. Не будем трогать избитые фразы. Они для того и существуют, чтобы… смягчать… приглушать… А что касается этих Дюбюи… у них по крайней мере было то преимущество…

М1. Довольно. Вы же обещали.

Ж3. Пусть… оставьте его… пусть немного… Дюбюи все же… должна признаться…

Он. Согласитесь, это было недурно, а? (С видимым удовольствием.) Согласитесь, что в Дюбюи… было что-то такое…

М1. Да у вас просто навязчивая идея. Наваждение какое-то. Кстати, это лечится.

Он. Ничего не выйдет. Поздно. С этим покончено. Не начинайте все сначала. Один раз я уже пошел у вас на поводу…

Она. Иначе было просто нельзя. После вашей выходки… Пришлось действовать силой.

Он. Прямо-таки путч! Зато теперь они увидели, в каких ежовых рукавицах их держали… Все с облегчением вздохнули, когда исчезли эти Дюбюи.

М1. Все хотят вернуться к перемыванию косточек?.. К пересказу сплетен?.. Вам нравится?..

Он. Как видите, это уже никого не приводит в ужас, вы можете сколько угодно твердить: сплетни, уничижение. С них все как с гуся вода.

Ж2. Если хотите знать, я считаю, что это было очень некрасиво. Пусть лучше меня убьют, чем я стану…