В р о н а. Я уж знаю, что вы хотите сказать: «внутренняя жизнь» и так далее. Это я слышал уже утром…
И о а н н а
В р о н а. Значит, вы! Кое-кто видел, хотя и не знал, что это вы. В деревне всегда найдутся глаза…
И о а н н а. Совершенно верно. Я сама немало лет прожила в деревне, должна была помнить.
В р о н а
И о а н н а. Меня с Сульмой? Теперь уже ничего, но когда-то мы с ним были, так сказать, в большой дружбе… если я могу использовать это слово.
В р о н а. Не понимаю… Кто же вы, собственно?
И о а н н а. Попросту говоря, я — дочь бывших владельцев этого поместья. Теперь ношу фамилию мужа, а моя девичья фамилия — Вельгорская.
В р о н а
И о а н н а. Не сочла нужным. Мне было удобнее выдавать себя за постороннего человека, случайно попавшего на станцию защиты растений. Надеюсь, вы понимаете, почему удобнее?
В р о н а. Понимаю, но не хвалю. Надо было искренне, откровенно…
И о а н н а. Я не нуждаюсь в похвалах.
В р о н а. А в чем вы нуждаетесь? То есть, точнее, что вас сюда привело?
И о а н н а. А разве надо объяснять? Я пришла, чтобы побыть несколько минут в родном доме… А у вас никогда не появляется желание навестить дом, в котором прошло ваше детство?
В р о н а
И о а н н а. Вы, кажется, готовы принять меня за какую-то шпионку или еще кого-то…
В р о н а. Дело не только в вас!
И о а н н а. Понимаю, прежде всего в Сульме. Тогда слушайте. Я не была в этом доме семь лет. Разумеется, я нашла свое место в жизни и даже неплохое. Как вам известно, я восстанавливаю памятники старины. Одним словом, я не паразит…
В р о н а. Это только облегчит наш разговор.
И о а н н а. Однако не думайте, что за эти семь лет я не вспоминала свой дом. Но всякий раз я подавляла желание навестить его, взглянуть… Унизительно было представить себе, что я окажусь в своем доме чужой и даже хуже — человеком, на которого будут смотреть вот так подозрительно, как смотрите вы сейчас!
В р о н а. Я отвечаю за усадьбу и за все, что в ней теперь происходит, понимаете?
И о а н н а. Понимаю, но тем не менее не люблю, когда на меня смотрят подозрительно.
В р о н а. К сожалению, обстоятельства, в которых мы встретились… Но, простите, вы хотели объяснить мне, как вы все-таки на это решились.
И о а н н а. Хотела, но вы меня прервали. Так вот, две недели назад профессор Барвицкий предложил мне поехать с ним в эти края в связи с реставрацией старой ратуши в нашем городе. И я согласилась, хотя знала, что на сей раз, когда окажусь так близко от дома, не устою перед соблазном. Быть может, повлияли на мое решение и личные дела: несколько недель тому назад я разошлась с мужем… Видите, я до противности откровенна. Только не думайте, что этим я хочу завоевать ваше доверие. Нет, скорее потому, что все это приключение имеет для меня определенный смысл, может облегчить мою жизнь…
В р о н а. И я жалею. Предпочитаю помогать людям, а не мешать. За исключением одного — хочу и буду всегда мешать нашим врагам, их действиям!
И о а н н а. Мне вы помешали в другом, совсем не в том, о чем вы думаете. И оправдывает вас лишь то, что сделали это неумышленно, случайно…
В р о н а. Меня о-прав-ды-ва-ет? Вот это мило! Чего доброго, вы еще скажете, что я здесь чужой человек! Что я прокрался сюда тайком!
И о а н н а. Разрешите, я сама раскрою эту тайну: сегодня утром в вашей канцелярии.
С у л ь м а
В р о н а. А по чьей, так сказать, инициативе был установлен этот контакт?
И о а н н а. Простите, но почему мы разговариваем так, будто здесь произошло какое-то преступление?