Читать Петербург. Стихотворения Онлайн и Бесплатно. Библиотека Читка

Под стук сердец – «в концерт, в концерт»Мудрец, юнец. Но что их манит,То – запечатанный конверт:Словами тайными обманет;Немой, загаданный глагол,Неизрекаемый, – он волит:То мараморохами зол,То добрым делом соглаголет;Изранит стужами минут,Багрянит, звуками измуча, —Такой мяукающий зуд,Такая дующая туча!..Звук множит бестолочь головИ гложет огненное сердце;И в звуках нет толковых слов;Здесь не найдешь единоверца;Из мысли: вылетят орлы;Из сердца: выйдет образ львиный;Из воли: толстые волы…Из звука: мир многоединый.Тот, звуковой, – во всё излит;Та, звуковая, – золотая;И этот – камень лазулит;И этот – пламенная стая.У той: —– Над златокарей згойГрад Гелиополь: дева Отис,Милуясь лепетной серьгой,Целует цветик, миозотис;Рогами гранными, как черт,Туда – в века, в лазури-ляпис —Граниторозовый простертВ нее влюбленный, странный Апис.У этой: —– Вытечет титан,Златоголовый, змееногий;Отзолотит в сырой туман:И – выгорит, немой и строгий;Седое облако виситИ, молний полное, блистает,Очами молний говорит,Багровой зубриной слетает,Громове тарарахнув в дубПод хохотом Загрея-Зевса…Вот этот вот: он – туп, как… пуп:Прочел – приват-доцента Гревса…И дирижирует: Главач[28].И дирижирует: Сафонов[29]…И фанфаронит: часто – врач;И солдафонит: каста «фонов»;Интерферируя наш взглядИ озонируя дыханье,Мне музыкальный звукорядОтображает мирозданье —От безобразий городскихДо тайн безобразий Эреба,До света образов людскихМногообразиями неба;Восстонет в ночь эфирный пад,В зонах гонит бури знаков:Золотокосых Ореад,Златоколесых зодиаков………………..Стой – ты, как конь, заржавший стих —Как конь, задравший хвост строками —Будь прост, четырехстопен, тих:Не топай в уши мне веками;Ведь я не проживу ста лет…Я – вот… Я – здесь: студент московский,Я – на подъезде…Люстры свет.И – Алексей Сергеич П-овский…И – сердца бет, и – сердца стук.Сердца – бегут; на звуки… Верьте, —В субботу вечером наш кругНа Симфоническом концерте…Проходят, тащатся, текут;Вокруг – шпалеры кавалеров:Купцов, ученых, мильонеров(Седых, муругих, пегих, серых!);Марковников профессор – тут;Бурбон… И – рой матрон «мегерых»,И – шу-шу-шу, и – ша-ша-ша,И – хвост оторван: антраша…Багровая профессорша;За ней в очках профессор тощийНесет изглоданные мощиИ – злое, женино, боа;Вот туалет Минангуá[30]:Одни сплошные валансьены;И – тонкий торс; и юбка «клошь», —Не шумно зыблемая рожь,Не шумно зыблемые пены;Блистая ручкой костяной,Взлетает веер кружевной…О, эти розовые феи!..О, эти голубые!.. Ишь: —Красножилетые лакеиИграют веером афиш.Графиня толстая, Толстáя,Уж загляделась в свой лорнет…Выходит музыкантов стая;В ней кто-то, лысиной блистая,Чихает, фраком отлетая,И продувает свой кларнет…Возня, переговоры… Скрежет:И трудный гуд, и нудный зуд —Так ноет зуб, так нудит блуд…Кто это там пилит и режет?Натянуто пустое дно, —Долдонит бебень барабана,Как пузо выпуклого жбана:И тупо, тупо бьет оно…О, невозможные моменты:Струнят и строят инструменты…Вдруг!..Весь – мурашки и мороз!Между ресницами – стрекозы!В озонных жилах – пламя роз!В носу – весенние мимозы!Она пройдет – озарена:Огней зарней, неопалимей…Надежда Львовна ЗаринаЕе не имя, а – «во-имя!..»Браслеты – трепетный восторг —Бросают лепетные слезы;Во взорах – горний Сведенборг;Колье – алмазные морозы;Серьга – забрежжившая жизнь;Вуаль провеявшая – трепет;Кисей вуалевая брызньИ юбка палевая – лепет;А тайный розовый огонь,Перебегая по ланитамВ ресниц прищуренную сонь,Их опаливший меланитом, —Блеснет, как северная даль,В сквозные, веерные речи…Летит вуалевая шальНа бледнопалевые плечи.И я, как гиблый гибеллин,У гвельфов ног, – без слов, без цели:Ее потешный палладии…Она – Мадонна Рафаэля!Пройдет, – мы, вспыхнувши, вздохнем,Идиотически ослабнем…Пройдет с раскосым стариком,С курносым, с безволосым бабнем —Пройдет, и сядет в первый ряд,Смеясь без мысли и без речи[31];И на фарфоровые плечи,Переливаясь, бросят взгляд —Все электрические свечи.И ей бросает оклик свой —Такой простой, – Танеев-мейстер[32];Биноклит в ложе боковойКрасавец обер-полицмейстер[33].Взойдет на дирижерский пульт,Пересекая рой поклонов,Приподымая громкий культ,Ее почтенный жрец, – Сафонов:Кидаясь белой бородойИ кулаками на фаготы, —Короткий, толстый и седой, —Он выборматывает что-то;Под люстры палочкой мигнув[34],Душой, манжетом, фалдой, фракомИ лаком лысины метнув, —Валторну поздравляет с браком;И в строгий разговор валторнФаготы прорицают хором,Как речь пророческая Норн,Как каркнувший Вотáнов ворон;А он, подняв свою ладоньВ речитативы вьолончеля:– «Валторну строгую не тронь:Она – Мадонна Рафаэля!»И после, из седых усовНадувши пухнущие губыНа флейт перепелиный зов, —Приказ выкидывает в трубы;И под Васильем Ильичом,Руководимые Гржимали[35],Все скрипоканты провизжали,Поставив ноги калачом.Бесперый прапор подбородкомПопав в просаки – с’кон’апель, —Пройдет по ноткам, как по водкам,Устами разливая хмель;Задушен фраком, толст и розов,Ладонью хлопнув в переплеск,Подтопнув, – лысиной Морозов[36]Надуто лопается в блеск;За ним – в разлив фиоритуры,Бросаясь головой, каргаВыводит чепчиком фигуры:И чертит па и вертит турыПод платьем плисовым нога:Дрожа, дробясь в колоратуры,Играет страстная серьга;Пятно всё то же щурым ликомНа руку нервную легло:Склоняет Скрябин[37] бледным тикомНеобъяснимое чело,И – пролетит скрипичным крикомВ рои гностических эмблем,Мигая из пустых эонов;Рукою твердой тему темЗа ним выводит из тромбоновТам размахавшийся Сафонов:Кидаясь белой бородойИ кулаками на фаготы, —Короткий, толстый и немой,Как бы вынюхивает что-то;Присядет, вскинув в воздух нос:Вопрос, разнос во взгляде хитром;И стойку сделавши, как пес,Несется снова над пюпитром;Задохнется и – оборвет,Платком со лба стирает пот;И разделяется поклономМеж первым рядом и балконом.И постоит, и помолчит,И по пюпитру постучит:И – все листы перевернулись;Сердца, как в бой, сердца – рванулись…И вновь – вскипающая новь;И вновь – всклокоченная бровь;И вновь – пройдутся фалды фрака;И стаю звуков гонит он,Как зайца гончая собака, —На возникающий тромбон.Над пухоперою каргою,Над чепчиком ее счерненЖеребчиком мышиным – «он»,Кто вьется пенною пургоюИ льет разменною деньгою,Кто ночью входит в пестрый сонИ остро бродит в ней – счернен —Над ней, над нами, над вселеннойИз дней, своими снами пленный;Он – тот, который есть не он,Кому названье легион:Двоякий, многоякий, всякийИль просто окончанье, «ий»,Виющийся, старинный змий, —В свои затягивает хмури,Свои протягивает дури:Он – пепелеющая леньИ – тяготеющая тень;Как Мефистофель, всем постылый,Упорным профилем, как черт, —Рассудок, комик свинорылый:К валторне черной он простерт;Как снег, в овьюженные крыши,Как в мысли, гложущие мыши, —В мечты, возвышенные свыше, —Бросает сверженную сушь:Сухую прописную чушь;Упавшим фраком ночь простерши,Кликуши-души, – ходит он —Кликуши-души – горше, горше —Упавшим фраком – душит: в сон!..Черней, упорней гром в валторне:Грознее, озорней ОнаГрозой молниеносной, горней —Грозою гор озарена: —– Так дымом пепелит и мглеетВиеголовый, мгловый слой;Как змий, он отдымит, отвеетВ багровом горизонте мглой:Слезами облако, светая,Слезами полное, молчит;И в волны, в воздух – тая, тая,Глазами молнии дрожит,Как воздыханиями арфы,Как лепетанием струны —Души – Марию зрящей Марфы —Из просветленной глубины!..И бросят в арфы, – шали, шарфы,Вздыхая вестью дорогой, —Вон те, Марии, эти Марфы,Над жизнью, старою каргой.Вы, сестры —– (Ты, Любовь – как роза,Ты, Вера, – трепетный восторг,Надежда – лепетные слезы,София – горний Сведенборг!) —Соединив четыре силыВ троякой были глубиной,Меня примите из могилы,Светите оком – Той, Одной, —Мечтой вуалевой, как трепет,Несущей далевую жизньНа опечаленный мой лепетСквозь звуков маревую жизнь.Моя Надежда, дева Отис,Милуясь лепетной серьгой,Вдыхая цветик, миозотис,Из зовов арфы дорогой,Бросает взор, лазури-ляпис,В воздухолетный септаккорд:И взор, читая звуков запись,Над миром —– Аписом —– простерт!Перебегает по ланитамВ ресниц прищуренную сонь,Их опаляя меланитом,Таимый розовый огонь.С неименуемою силойС неизреченных аллилуйКо мне, волнуемому Милой,Мгновенный свеян поцелуй.Так из блистающих лазурейГлазами полными огня[38],Ты запевающею бурейЗабриллиантилась – в меня:Из вышины – разгулы света;Из глубины – пахнуло тьмой;И я был взят из молний летаДо ужаса – Тобой: Самой!Ты на меня сходила снамиИз миротворной тишины:Моей застенчивой весныОголубила глубинами;И мне открылась звуком бурьКатастрофической цевницыИ милоглазая лазурь,И поцелуйная денница:Ее, о время, – опурпурь!Благонамеренные люди,Благоразумью отданы:Не им, не им вздыхать о чуде,Не им – святые ерунды…О, не летающие! К твердиНе поднимающие глаз!Вы – переломанные жерди:Жалею вас – жалею вас!Не упадет на ваши бельма(Где жизни нет – где жизни нет!) —Не упадет огонь Сент-ЭльмаИ не обдаст Дамасский свет.О, ваша совесть так спокойна;И ваша повесть так ясна:Так не безумно, так пристойноДойти до дна – дойти до дна.В вас несвершаемые лётыНеутоляемой алчбы —Неразрывные миголетыНеотражаемой судьбы…Жена – в постели; в кухне – повар;И – положение, и вес;И положительный ваш говорПереполняет свод небес:Так выбивают полотерыПустые, пыльные ковры…У вас – потухнувшие взоры…Для вас и небо – без игры!..………….Мои мистические далиСмычком взвивались заливным,Смычком плаксивым и родным —Смычком профессора Гржимали:Он под Васильем Ильичом(Расставив ноги калачом), —Который, —– чаля из эоновНа шар земной, – объятый тьмой,Рукою твердой на тромбонахПлывет назад – в Москву, домой:Слетит, в телодвиженье хитромВдруг очутившись над пюпитром,Поставит точку: оборвет,Сопит и капли пота льет,И повернувшись к первой скрипке,Жмет руки и дарит улыбки,Главой склоняясь в первый ряд,Где на фарфоровые плечи,Переливаясь, бросят взгляд,Все электрические свечи;Задушен фраком, толст и розов,Ладонью хлопнув в переплеск,Бросаясь лысиной, – МорозовНадуто лопается в блеск.И вот идет, огней зарнимейСама собой озарена,Неся, как трэн, свое «во-имя», —Надежда Львовна Зарина;Вуали – лепетные слезы;Браслеты – трепетный восторг;Во взорах – горний Сведенборг;Колье – алмазные морозы:Блеснет, как северная даль,В сквозные, веерные речи;Летит вуалевая шальНа бледно-палевые плечи…– «Скажи, тобой увлеченаНадежда Львовна Зарина?»– «Не знаю я…»– «Быть может?»– «Да!»Выходит музыкантов стая,И кто-то, фраком отлетая,В чехол слагает свой кларнет…Пустеет зал и гаснет свет…У двери – черные шпалеры;Стоят: мегеры, кавалеры;И – ша-ша-ша: шуршат, спеша,Атласами спускаясь с хоров…– «Не та калоша: Каллаша!»[39]Стыдливо низится Егоров[40];Лысеет химик Каблуков[41] —Проходит в топот каблуков;Проходит Нос[42] – по воле рокаОн, вы представьте, – без Шенрока!Выходим!..

Перейти на страницу:

Петербург. Стихотворения полностью

Поиск

Книга жанров

Похожие книги