Пробираться по едва намеченной тропинке с пакетами в руках было делом утомительным. Костя уже не раз подивился Романовой выдержке: тащит сумку и ещё улыбается. Аксис, спустив вещи вниз, больше к ним не притронулся и сейчас шёл впереди, прокладывая дорогу.
— А твой брат, каким боком причастен ко всему этому? — спросила Варя, говоря с Костей, как со старым приятелем, хотя знала его всего — ничего.
— С него всё и началось, — Костя прикидывал в уме, что стоит рассказать симпатичной журналистке, чтобы не повредить делу и удовлетворить её любопытство.
— Я, конечно, понимаю: брат и всё такое, — перебила его Варя, — но не слишком мы ему доверяем, сунувшись без оглядки в эту чащобу? Его ведь тоже могли обмануть.
— Как ты можешь? — искренне возмутился Костя. — Он тебе жизнь спас.
— Кого — кого, а его я среди своих спасителей не видела, — ехидно заметила журналистка.
— «Дура, дура, зачем мне надо было спускаться с чердака?», — Костя говорил, пытаясь подделать Варины интонации, от чего фраза звучала ещё натуральнее.
— Откуда ты об этом узнал? — прошептала Варя, у неё от волнения перехватило горло.
Хоть и не был Костя актёром, она вспомнила и узнала себя в минуту глухого отчаянья. Об этом моменте она просто не способна была рассказать кому-то постороннему. Даже, если бы захотела вспомнить, то не смогла, потому что постаралась забыть это проявление слабости, вычеркнув его из памяти.
— А сержант с оловянными глазами, который довёз тебя до моста? — не щадил её Костя. — А сами собой освободившие дорогу бронетранспортёры? Они тоже не устояли перед твоим мужеством и напором?
— Но как он мог это сделать?
— Тогда скажи, как мы за одну секунду прошли сквозь стену и оказались неизвестно где? — Костя остыл и говорил без прежней запальчивости.
— Для чего нужно было похищать нас?
— Видимо, потому, что только здесь мы будем в безопасности ближайшие три дня.
— Уже который раз я слышу про три дня, что это за срок.
— Через три дня мы летим в Верхнереченск, чтобы помочь, тем, кто застрял в Седьмом городке. Наше участие, понятно, будет минимальным, но для чего-то это необходимо.
— Что будет, если я не захочу лететь? С меня хватит того, что со мной уже случилось.
— Если ты журналист, а я подозреваю, что это так и есть, то не сможешь остаться в стороне.
— Значит, люди полковника были не телохранителями, а тюремщиками.
— Скорее всего, и то, и другое.
— Ну, а ты?
— Собирался улучить момент и рассказать тебе. Вот ты всё и узнала.
— Если ты думаешь, что удовлетворил моё любопытство, то сильно ошибаешься.
— У нас впереди три дня, — рассмеялся Костя. — Кажется, мы пришли.
Домик с односкатной крышей похожий на большой сарай выглядел, однако, очень уютно. Деревянные брёвна, из которых он был сделан, посерели от времени, зато стёкла в окнах весело сверкали на солнышке.
— Красота какая! — во весь голос закричал Роман. — Не удивлюсь, если Адама и Еву выгнали именно отсюда.
Аксис куда-то испарился, зато из-за дома вышел Аристарх.
— Прихватили чего-нибудь для полноты счастья? — спросил он вместо приветствия.
— Не знаю, сам посмотри, — Роман кивнул на сваленные у крыльца вещи.
Аристарх начал шарить по пакетам, одобрительно бормоча.
— В целом всё как надо, — подвёл он итог своей недолгой инспекции. — Главное хлебушка и его производных прихватили, тут полей нет, а потому зерно в дефиците.
В доме стоял запах нежилого помещения, и Варя решила проветрить его. Она вытащила деревянные колышки, препятствующие движению створок, и распахнула окно. От резкого движения стёкла задрожали и отозвались мелодичным звоном.
— Полированный хрусталь, — с гордостью сообщил Аристарх, как будто это он построил этот дом. — Стекла тут не делают, пришлось искать заменитель.
— Во всех домах так? — удивилась Варя неслыханному расточительству.
— У них нет окон, лемуры в пещерах живут, чтобы к природе ближе быть. А этот дом так, баловство, для пришлых построен. Я лет двести тому здесь был, так он ничуть не изменился.
Услышав несуразную цифру, Варя с интересом поглядела на Аристарха, но ничего не сказала, похоже, начала привыкать к странностям. Тут порыв ветра с резко захлопнул створку, стекло сильно зазвенело, но не разбилось. Небо быстро темнело от туч, которые нагонял свежий ветерок. Костя помог Варе закрыть окна и запреть их колышками. Продукты уже были разложены на большом столе, занимавшем треть площади центрального помещения.
— Я в погреб за мясом, а вы разжигайте печку, — скомандовал Аристарх и вышел во двор, спеша опередить, обещавший быть не слабым, дождик.
Вера как хозяйка направилась выполнять приказ. Печкой это сооружение назвать было трудно, скорее, подошло бы слово очаг. Многоступенчатая конструкция с полочками из незнакомого камня с нишами для дров и сложной системой вытяжных труб у внутренней стенки. Готовая кучка дров лежала под плитой с дырами.
— У кого есть, спички или зажигалка? — спросила она у братьев.
Те только развели руками, оба не курили, а потому ничем не могли ей помочь. Варя поискала, что-нибудь подходящее около печи, но ничего не нашла.
