Официальное открытие летней резиденции состоялось в августе 1723 года. Император и гости прибыли в Петергоф из Кронштадта, где проходил большой морской парад. По воспоминаниям присутствовавших на этом приеме, гости прибыли ко дворцу по морскому каналу, при этом флотилия, пришедшая в Петергоф, насчитывала 115 судов! Петр сам с гордостью показывал гостям дворцы и фонтаны. А вечером состоялся грандиозный фейерверк. Цель Петра - удивить, поразить иностранных гостей великолепием и роскошью своей резиденции - была достигнута.
В том же 1724 году была основана Петербургская Академия наук, в ее состав вошла и Кунсткамера в комплексе с библиотекой в новом великолепном здании. По сути, еще нигде в Европе не было ничего подобного.
Дела семейные
А ведь были еще и чисто семейные заботы: любимая сестра Наталья, которую нужно было выдавать замуж, единственный сын – официальный наследник российского престола – Алексей, которому следовало подобрать подходящую партию, да не из русских боярышень, а из какого-нибудь европейского королевского дома. Где на все это время найти среди бесконечных походов и реформ?
С сестрой Петру повезло: она любила старшего брата без памяти и поддерживала все его начинания. Правда, политика Наталью не интересовала совершенно. А вот история и литература – притягивали магнитом. Она самостоятельно выучила несколько языков (в том числе, английский, что тогда было большой редкостью). И, в конце концов, стала одной из образованнейших женщин своего времени.
Когда Петруша женился, Наталье было шестнадцать лет – с молодой царицей Евдокией они были ровесницами. Общего языка, естественно, не нашли: особым умом Евдокия не блистала, а мужа ревновала к сестре – бешено. А потом умерла царица Наталья Кирилловна…
Брат поддерживал – брал с собой в поездки в Воронеж, в Архангельск, один раз даже привез к своей «любезной Аннушке» на Кукуй…
С Аннушкой тоже не заладилось – слишком уж они были разные. Но, по-видимому, именно расчетливой немке принадлежала идея выдать Наталью за австрийского эрцгерцога. Уже и портрет Натальи Алексеевны был отослан, и свадьба, вроде бы ладилась, но…
Но одновременно Пётр устраивал свою личную жизнь. После ссылки постылой жены Евдокии в монастырь все заботы о маленьком царевиче Алексее приняла на себя Наталья. Какое уж тут замужество! Царевича она любила нежно и трепетно, старалась, чтобы они с отцом были как можно ближе друг к другу, ограждала от слишком назойливого внимания бояр к наследнику престола, который вполне мог вернуть им любезную старину.
Помогала, чем могла: вытаскивала боярышень из теремов на ассамблеи, лично показывала пример новой моды, затягиваясь до полуобморока в жесткий корсет, что при ее пышных формах было непросто. Даже театр организовала в Преображенском дворце, для которого сама же и писала пьесы в стихах.
Переехав вслед за братом в Петербург, Наталья и там создала общедоступный – для благородной публики - и бесплатный театр. Для него в 1714 году было построено специальное здание с партером и ложами. Кроме того, она основала и первую в России богадельню для содержания старых и убогих мирянок.
Именно Наталье Пётр доверил свою «мариенбургскую полонянку» - Марту Скавронскую, будущую жену и императрицу. Наталья крестила Марту – крестным отцом был царевич Алексей. Царевна же обучала Екатерину русскому языку и обычаям страны, горевала вместе с ней, когда ее дети умирали в младенчестве.
Весной 1711 года Пётр взял Екатерину с собой в Прутский поход. Датский посланник, бывший свидетелем тогдашних событий, так записал эту историю:
