Решив крестить Марту Скавронскую по православному обряду, Петр уже в 1705 году имел на нее далеко идущие планы, намереваясь в дальнейшем сделать ее и своей женой и русской царицей. Об этом красноречиво свидетельствует хотя бы то, что крестным отцом Марты, получившей при новом крещении имя Екатерины, был родной сын Петра - пятнадцатилетний царевич Алексей, а ее крестной матерью - сводная сестра царя, Екатерина Алексеевна, сорокасемилетняя дочь Алексея Михайловича и Марии Милославской.
С этого времени Марта стала называться Екатериной Алексеевной, и все, кто знал ее, резко изменили отношение к ней, ибо теперь перед ними была крестница царевича и царевны, в недалеком будущем их государыня.
Первый брачный союз Романовых
с Курляндскими герцогами Кеттлерами
Накануне объявления войны Швеции в Петербурге происходили события, которые, не имея отношения к делам военным, и касающиеся дипломатии совсем другого региона - Прибалтики - в ходе дальнейшего нашего повествования получат определенное развитие, имея самое непосредственное отношение к теме этой книги. На авансцену семейной жизни царского российского дома теперь выходит племянница Петра, семнадцатилетняя Анна Ивановна, которую Петр решил выдать замуж за владетеля соседней с Петербургом Курляндии герцога Фридриха-Вильгельма - потомка последнего магистра Ливонского ордена Кеттлера.
Здесь необходима краткая историческая справка: в 1558 году Русское государство начало войну против Ливонии, о чем уже упоминалось, когда только что зашла речь о начале Северной войны.
В ходе Ливонской войны, уже в самые первые годы, три самых крупных государства этого региона - город Рига, Рижское архиепископство и Ливонский орден, - либо полностью признали над собою власть польского короля Сигизмунда II Августа, либо оказались в сильной от него зависимости.
Магистр Ливонского ордена Готард Кеттлер 5 марта 1562 года подписал договор о ликвидации Ордена и присягнул королю Польши на верность, как то же самое в 1525 году проделал последний гроссмейстер Тевтонского ордена Альбрехт Гогенцоллерн, принеся присягу королю Польши и Великому князю Литвы Сигизмунду I Старому. Тогда же последний гроссмейстер Тевтонского ордена Альбрехт Гогенцоллерн стал первым герцогом Пруссии, а последний магистр Ливонского ордена тут же стал первым герцогом курляндским и земчальским. (Сокращенное название - Герцогство курляндское".
На следующий день полномочный представитель короля Сигизмунда II Августа - князь Николай Радзивилл Черный назначил Кеттлера еще и губернатором правобережной Ливонии - Задвинским герцогством, которое тогда входило в состав великого княжества Литовского.
С тех пор и до описываемых здесь событий, Курляндское герцогство было светским владением, в котором власть была наследственной и принадлежала потомкам Готтарда Кеттлера, передаваясь по нисходящей линии. Последним из его потомков был в 1709 году герцог Фридрих-Вильгельм.
Следует заметить, что именно тогда русскими одержаны были решающие победы над шведами - в сражениях при Лесной, в знаменитой битве под Полтавой и под Переволочной.
В этот победоносный для России год небо Москвы много раз озарялось победными фейерверками. 21 декабря 1709 года состоялся триумфальный марш победителей у Лесной, под Полтавой и у Переволочны.
В июне 1710 года русские войска взяли Выборг, в июле - Ригу, в сентябре - Ревель (Таллин). С 1710 года в Курляндии влияние России необыкновенно усилилось, и Петр I желая сделать его абсолютным, решил опереться на дом Кеттлера. Для этого он решил выдать свою семнадцатилетнюю племянницу - царевну Анну Ивановну за ее одногодка - герцога Фридриха-Вильгельма Кеттлера.
Что же касается племянницы Петра - царевны Анны, то была она дочерью покойного старшего брата Петра - царя Ивана. Он умер в январе 1696 года, когда шел ему тридцатый год. Иван оставил вдовой молодую царицу Прасковью Федоровну, которой был тогда тридцать один год, и трех дочерей - Екатерину, Анну и Прасковью. Девочки находились еще во младенчестве - старшей сравнялось четыре года, младшей шел второй год.
Чуть позже стали их учить чтению, письму и катехизису, приставив грамотных соотечественников из духовного звания, а из других предметов посчитали нужным преподавать царевнам два языка - французский и немецкий, да еще и танцы, наняв для сего двух иноземцев - француза Рамбурха, обучавшего танцам и французскому языку, и немца Иоганна Остермана, учителя немецкого языка. Но оба учителя были очень посредственными, а Остерман просто-напросто удивительно глуп, и потому девочки ничему от них не научились.
Меж тем, 22 марта 1708 года царица Прасковья Федоровна выехала из Москвы в Петербург с огромной свитой и всеми дочерьми: шестнадцатилетней Екатериной, четырнадцатилетней Анной и двенадцатилетней Прасковьей. Почти через месяц, 25 апреля, прибыли они в Петербург и поселились в приготовленном для них доме рядом с домами царя, Меншикова и других знатных особ.
