— Наверно опять лося встретили, — предположил Алексей Григорьевич.
Тормозили, однако, резво. Потом что-то кричали, и кто-то бежал. Нам же не хотелось тепло из возка выпускать.
Стук в дверь.
— Ваше Императорск' Высоч’во Пётр Фёдыч, Аиксей Григорич,- слышу учащённое щебетание моей «родственницы» и молодой Матушкиной фрейлины, — откройте.
Держу руку на своем бебуте. Распахиваю резко.
Мария Балк падает в снег.
— Ой. —
Осматриваюсь. Угрозы нет. Разумовский уже выбрался и поднимает Марию Павловну.
— Что случилось?
— Государыне Императрице плохо! — выдыхает с напряжением Балк.
— Что? — спрашиваем с графом разом.
— Без чувств упала, не дышит, кажется, она…
Балк начинает ныть.
И опять под Рождество! Елисавета Петровна решила восемнадцать лет не ждать?
КОНЕЦ ВТОРОЙ КНИГИ
МОСКВА-ОРСК
2025
