Певец Преданий полностью

Фереби поозиралась по сторонам, раздумывая, к кому бы обратиться за помощью. Ей же страшно! Перестаньте говорить, что она умрет, — она ведь может вас услышать... Но все были заняты своими делами. Они говорили о мамонтенке, не обращая внимания на него самого. Семилетняя Фереби отлично знала, как это бывает. Она грустно улыбнулась и утерла навернувшиеся на глаза слезы.

— Не бойся, малышка Буря...

И что там говорила мама, когда Фереби бывало страшно?

Генерал Везул был погружен в беседу с главным санахом. Пророчество, говорил санах, предрекало лишъ рождение белого мамонта, и нигде не сказано, что детеныш выживет. Поэтому необходимо разбудить императора. Если мамонтенок ночью умрет и император не увидит его живым, он страшно разгневается.

Везул мрачно кивнул, признавая правоту собеседника. Он опустил голову, стряхивая снег с промокшего плаща.

— Что ж, полагаю, вы правы...

— Сэр, сэр, поглядите! — Молодой санах указывал в сторону ямы. Его лицо выражало изумление и тревогу.

Разговоры утихли. Присутствующие столпились вокруг ограды, не веря своим глазам.

Виновницей смятения была Фереби. Девчушка забралась в яму и теперь лежала, прижимаясь к шерстистому боку малыша — так же, как сам звереныш прижимался к матери. Фереби не замечала, что перепачкалась в грязи. Поглаживая влажную спутанную челку над голубыми глазами мамонтенка, девочка тихонько напевала.

— Вытащите ее оттуда! — прошептал кто-то из санахов. Мамонты часто были непредсказуемы, и тем паче нельзя предвидеть, как поведет себя новоявленная мать.

Старший санах шагнул вперед.

— Нет. — Везул сжал его плечо. — Смотрите, она успокаивает их...

Похоже, генерал был прав. Дыхание детеныша сделалось ровнее, размереннее, а мать обвила хоботом и его, и Фереби, которая продолжала напевать. Девочка подняла глаза, откинув с лица перепутанные серебристо-белые волосы, и улыбнулась людям наверху.

— Она станет великим санахом, — пробормотал кто-то.

— Нет. — Везул покачал головой, не сводя глаз с дочери. — Она станет великим полководцем...

— Послушайте... спасибо, конечно, но я уже хорошо себя чувствую. Честно. Вы можете идти. — Эффи улыбнулась Йиске своей самой сладкой, самой доверчивой улыбкой.

«Вы мне порядочно задолжали, Эффи Морган». Да уж конечно! И все мы знаем, чем именно придется платить...

— И вообще... я тут кое-кого жду. — Эффи нервно потеребила завязки халата, борясь с желанием поплотнее запахнуть его на груди.

— Да, я понимаю, — безмятежно сказал Йиска. — Очевидно, полицию. Или своего дилера.

— Я не наркоманка! — сердито бросила она.

— Нет. Разумеется, нет, — ровно ответил Йиска, однако в его голосе Эффи почудился осторожный намек. До сих пор индеец не сделал попытки к ней приблизиться, и Эффи ощутила некоторое облегчение.

— Послушайте, откуда вам известно мое имя? И зачем вы пришли?

Йиска вздохнул:

— Даже не знаю, с чего начать...

— Да уж начните с чего-нибудь.

— Выслушайте меня, — проговорил Йиска. — И если вы сочтете, что я сумасшедший, я просто встану и уйду. Даю слово.

— Ладно.

— Так вот. Моему деду снятся странные сны о Шотландии. Он видит всякие битвы, людей в килтах, в общем, что-то вроде «Храброго сердца». Он полагает, будто кто-то намеренно посылает ему подобные сны и этому кому-то нужна помощь. Так или иначе, дед отправил меня в Шотландию, описав место, которое ему снилось, — поле с большим черным камнем на нем. Он попросил выполнить ритуал под названием Пляска Духов, полагая, что это успокоит предка, который посылает ему видения. «Господи ты Боже мой! Ну и ну!»

— И что же случилось? — осторожно спросила Эффи, пытаясь принять заинтересованный вид. — Предки ответили?

— Ну, не совсем... Видишь ли...

— Господи Иисусе! Сколько можно бродить вокруг да около? И вдобавок она не верит ни единому твоему слову. Ты глянь ей в глаза!

Эффи почувствовала, как по всему телу разливается волна холода... Затем ее бросило в жар. Лицо запылало, словно охваченное огнем. Лоб моментально покрылся испариной. Посреди комнаты внезапно возник — да, именно возник — рыжеволосый человек, одетый в длинный зеленый килт. Не в изукрашенный сувенир для туристов, а в самый настоящий килт. На поясе горца висел чудовищных размеров меч, а еще сквозь его тело была видна мебель и стена комнаты, потому что...

— ... Призрак?! О Боже, нет! Нет-нет-нет... это не может быть правдой! — Голос Эффи слегка дрожал. Она в упор смотрела на Йиску, надеясь, что привидение исчезнет, если она отведет от него взгляд. — Ты был прав, — пролепетала Эффи. — Извини. Насчет наркотиков, я имею в виду... Заставь его исчезнуть.

Йиска раздраженно обернулся. Кажется, он тоже видел призрака, ибо смотрел прямо на привидение, хмуро сдвинув брови.

— Погляди, что ты натворил! Ты напугал ее.

— Слушай, пташка. — Призрак одарил Эффи улыбкой, которую, видимо, считал ободряющей. — Ты извини, но у нас нет времени на расшаркивания. Мы ищем Дункана... Дункана Талискера.

— Что? — тупо переспросила Эффи.