Фереби обошла его, оказавшись за спиной.
— Теперь ложись, — приказала она. — Лицом вниз.
— Вот оно как? Собираешься меня убить? — Рако в это не верилось, но следовало сказать хоть что-нибудь. — И это после того, как я сражался на твоей стороне? Что ж, правду говорят: все шореты — безжалостные, кровожадные твари... Ого! — Фереби пнула Рако носком сапога по внутренней стороне бедра, раздвигая ему ноги. Рако понимал, что это помешает ему быстро подняться, и все же снова не удержался от шутки. — Ах вот оно что! Теперь я все понял. Таков брачный ритуал шоретов...
— Я не собираюсь тебя убивать, йект, — буркнула Фереби, пропустив мимо ушей его последнюю фразу. Впрочем, Рако показалось, что ее голос звучит несколько смущенно.
— Послушай, сколько раз тебе повторять? Меня зовут... Фереби резко ударила его по затылку, и Рако потерял сознание.
— Извини. Я знаю, что ты сражался заодно с нами. Но... Рако не расслышал окончания реплики. Его накрыла волна боли. Раскалывалась голова. Рако застонал и попытался тронуть затылок, однако тут же обнаружил, что не может этого сделать. Его руки были крепко связаны за спиной.
— «Извини»? — буркнул он. — Ну ничего себе! Ты ж чуть меня не убила!
— М-м... Да. Я не рассчитала. Мне раньше не приходилось оглушать человека.
Рако обвел взглядом все окружающее. Мир перед глазами поплыл, и тем не менее он сумел понять, что наступило утро. Стало немного светлее. Туман еще не рассеялся; он висел над землей серой дымкой, укрывая собою могилы. Фереби установила над каждой из них по большому камню и украсила ветками рябины. Одна из могил была вполовину меньше, чем остальные. Очевидно, именно в ней упокоились бренные останки солдата и лошади, погибших столь таинственным образом.
— Я ничего не понимаю, Фереби Везул. Мы действительно сражались на одной стороне. Возможно, впервые сид и шорет дрались плечом к плечу... Так зачем же тебе все это понадобилось? Что ты собираешься со мной делать? Бросишь меня здесь связанным?
Фереби оседлала коня, крепко затянула подпругу и обернулась к Рако:
— Нет, йект. Не брошу. Мы отправимся в Дурганти и расскажем императору обо всем, что узнали.
— В Дурганти? Нет, Фереби. Я не могу вернуться туда подобным образом. — Он кивнул на свои связанные руки.
— Слушай-ка, Рако, я сейчас не в том настроении, чтобы с тобой препираться. Я только что похоронила пятерых своих товарищей. В том числе человека, который должен был стать моим мужем. И мне не с руки оставлять тебя здесь или отпускать в Руаннох Вер, чтобы ты всем рассказал о шардах...
— Я и не собирался, — возразил Рако.
— ... поэтому вариантов два: либо ты отправишься в Дурганти в качестве моего пленника, либо я убью тебя прямо сейчас.
Рако вздохнул.
— И впрямь выбор небогатый... Ну что ж, помоги мне забраться на лошадь.
Маленькая экспедиция наконец-то добралась до Чинли. Путники остановились в местном отеле, намереваясь завтрашним. утром начать спуск в каньон Ди Челли.
— Отдохните как следует, — велел Талискер. — Может случиться так, что завтра мы уже окажемся в Сутре. Переход из мира в мир — всегда серьезное испытание для человеческого организма. Вы должны быть в хорошей форме.
— Слишком резкая смена временной зоны? — спросила Эффи. Талискер рассмеялся, но Йиска даже не улыбнулся. Да что там!
Он вообще ни разу не посмотрел на нее с тех пор, как они покинули дом тетушки Милли.
— Да, пожалуй, это можно назвать сменой зоны. — Талискер задумался. — Хотя, может быть, что-то не в порядке со мной. Знаешь, иногда я просыпаюсь по утрам и чувствую, что болит все тело. Каждая косточка. Вдруг это и есть старость?
Пожилая горничная, провозившая по коридору тележку с мусором, услышала реплику Талискера и усмехнулась.
— Э, милок! Где тебе понять, что такое старость... — пробормотала она, проходя мимо.
— Ладно, спокойной ночи, — сказала Эффи. Она улыбнулась Талискеру, но Йиска по-прежнему не желал встречаться с ней взглядом. Не включая в номере света, Эффи прямиком прошла в ванную, прихватив по пути синюю косметичку.
Следующее утро выдалось чертовски холодным. Слой снега на земле превышал четыре дюйма, что было нехарактерно для февраля. И когда Эффи влезла в джип, Родни, Йиска и Талискер уже сидели внутри, изучая карту каньона.
В первый момент никто не поднял глаз, затем Талискер глянул на Эффи и нахмурился.
— Доброе утро, Эффи... ты в порядке?
Йиска тоже обернулся.
— Эффи, ты ужасно выглядишь.
— А не пошел бы ты? — буркнула она.
Большую часть ночи Эффи провела в туалете. Ее выворачивало наизнанку. Теперь же девушка чувствовала жуткую слабость и опасалась, что у нее начинается лихорадка. Впрочем, она не собиралась никому об этом сообщать. Забравшись в машину, Эффи с силой захлопнула за собой дверцу. Талискер и Йиска обменялись задумчивыми взглядами, однако ничего не сказали.
В джипе было уютно, хотя и чуть душновато. Пахло кофе и кожей седельных сумок, которые Родни положил на заднее сиденье. Эффи закрыла глаза, наслаждаясь ощущением теплых солнечных лучей на лице. Не прошло и нескольких минут, как она погрузилась в сон.
