Эффи идет через «пустоту». Она не знает, давно ли рассталась с Малки, потому что в «пустоте» нет времени. Эффи ничего не имела против того, чтобы вернуться, однако Малки исчез, и она поняла, что не знает как. Простого пожелания вернуться оказалось недостаточно, и теперь Эффи не представляет, что ей делать дальше. А по всему выходит, что делать нечего — разве что брести дальше куда глаза глядят и напевать: «Нет места лучше дома, нет места лучше дома...» Но поскольку дом — это на самом-то деле не то место, где она хотела бы очутиться, Эффи вскоре прекращает петь.
Там, в реальном мире, Эффи по-прежнему без сознания. «И это не просто обморок», — говорит она себе. Девушка понимает, что близка к смерти. Талискер рассказывал ей о том месте, в котором она сейчас находится. Надо полагать, именно сюда попадают люди, прежде чем отправиться в ад или в рай. Талискер называл его...
... «пустотой».
«Этот человек заслуживает медали за умение подбирать точные формулировки», — думает Эффи, оглядываясь по сторонам. Здесь и впрямь
— Эй! — кричит Эффи и бежит вперед. Приблизившись, она может разглядеть двигающееся существо. Это действительно человек. Мужчина. Он не бежит, а просто идет широкими шагами. У него длинные черные волосы и странная одежда из оленьей кожи.
«Это индеец, — понимает Эффи. — Как Йиска».
Молодой человек останавливается, оборачивается, и на его лице появляется озадаченное выражение. Эффи издает удивленный возглас: левая рука индейца выглядит как медвежья лапа! Может быть, Эффи попала в царство снов и здесь лапа медведя имеет символическое значение? Вот только какое именно?
— Приветствую, — говорит молодой человек.
Эффи слабо улыбается в ответ.
— Ты страж этого места? Мне раньше не случалось здесь бывать, даже когда Келлид обретал контроль над моим телом. Видимо, произошло что-то необычное.
— Э-э... — Эффи понятия не имеет, о чем толкует парень. Если не считать руки-лапы, молодой человек весьма хорош собой. Может, не так красив, как Йиска, зато гораздо менее мрачный.
— Нет. Я сама тут случайно, — наконец говорит она. Мало-помалу до нее доходит вся абсурдность ситуации, и Эффи нервно хихикает.
— Кто ты?
— Меня зовут Эффи... Эюфемия Морган. Думаю, я оказалась здесь потому, что почти умерла, — говорит она чистую правду. — Я... э-э... кажется, я не могу найти выход.
Он понимающе кивает.
— Меня зовут Рако. Я сид из клана медведя, изгнанник из Дурганти.
— Что с тобой приключилось? — Эффи кивает на его руку;
— Сам толком не пойму. — Теперь они шагают рядом, бок о бок. — За последнее время со мной произошло слишком много всякого.
— А куда ты идешь?
— Ты всегда задаешь столько вопросов, Эффи-Эюфемия Морган?
— Нет. Зови меня просто Эффи. — Внезапно на нее снисходит озарение. — Так ведь ты же, наверное, из Сутры? Да? — Эффи расплывается в широкой ухмылке. Похоже, она каким-то образом опередила Талискера, Йиску и Малки. — Вот здорово!
Рако бросает на нее удивленный и несколько раздраженный взгляд.
— А откуда же я еще могу быть?
— Ха! Вот погоди, я расскажу Талискеру, что встретила обитателя его драгоценной Сутры! — радуется Эффи. Это совершеннейшее детство. Умом она понимает, что никогда ничего никому не расскажет, если не удастся найти выход. Однако сейчас это не имеет значения.
Рако останавливается как вкопанный.
— Талискер? Ты сказала — Тал-иис-кер? Странник по мирам?
— Ты с ним знаком? — удивленно спрашивает Эффи.
— Знаком? Нет. Это невозможно. О нем повествуют легенды. Однажды он спас наш народ — и феинов тоже. Правда, это было почти двести лет назад... Говорят, боги даровали Талискеру вечную жизнь в награду за его подвиги.
— Вечную жизнь? Да нет, не похоже. Знаешь, ты ведь можешь сам его обо всем расспросить, если хочешь. Мы тут как раз... э-э... собирались к вам заглянуть.
— Он возвращается? — В голосе Рако слышится едва ли не благоговение.
«Батюшки, еще один фанат Дункана!» — думает Эффи.
— Феинские легенды гласят, что Талискер вернется, если Сутре будет грозить опасность или ее постигнет беда.
— Вроде как король Артур?
— Кто?
— Ладно, не обращай внимания. А как насчет Малки? Он, должно быть, тоже великий герой. Легенды упоминают спутников Талискера?
— Упоминают. Сеаннаха Алессандро Чаплина и еще — тень Талискера. Говорят, что в битве тень отделяется от него и сражается сама по себе...
Эффи смеется.
— Ишь ты! Малки будет доволен. Да, кстати, ты не знаешь, как мне отсюда выбраться?
Рако качает головой.
— Это не только иное место, но и иное время. Феины называют его межвременьем. И время здесь течет иначе, чем во всех прочих мирах.
