Йиска шел последним. Он был крепким и выносливым, и прежде ему нередко случалось лазить по горам. Однако у Йиски была дополнительная и крайне неудобная ноша: Пес. Еще в самом начале подъема стало ясно, что лестница слишком крута для собаки. Пес преодолел несколько первых ступеней, затем скатился вниз и жалобно заскулил. Йиска раздраженно посмотрел на него. Отношения между собаками и навахо сложно было назвать сентиментальными. Псы были по большей части рабочими животными, использовались для охраны овечьих отар и тому подобных вещей. Многие бродили по резервации сами по себе, наполовину одичав, и Пес, несомненно, относился к последним.
— Придется тебе поднять его наверх. — Малки остановился; остальным пришлось тоже остановиться.
— Он справится.
— Нет. Ступеньки слишком крутые.
— Куда же я его дену? У меня рюкзак...
— Рюкзак отдашь мне.
Делать было нечего. Йиска по цепочке передал рюкзак наверх Малки и взял Пса.
— А, черт, он воняет!
Казалось, все тело собаки состоит из острых выпирающих костей и длинных дрыгающихся ног. Йиска с Псом на руках представлял собой очень комичное зрелище, и его товарищи не сумели удержаться от улыбки. Сам же Пес остался вполне доволен и благодарно вылизал лицо Йиски.
Это произошло около часа назад. Кому как, а Йиске было совершенно не смешно. Пес оказался чертовски тяжел. По счастью, пролеты лестницы чередовались с небольшими площадками, где можно было передохнуть. На одной из площадок Йиска поставил Пса на землю, и тот немедленно принялся отряхиваться, обдав своего «носильщика» холодными брызгами.
Наконец лестница кончилась. Утомленные, насквозь промокшие путники выбрались на ровную поверхность. Йиска проволок Пса последние несколько футов и с большим облегчением швырнул его на траву. И лишь затем у него появилась возможность оглядеться.
До сих пор Йиска не задумывался над вопросом, какое сейчас время года, но если бы его спросили, он, пожалуй, сказал бы: осень. На самом деле обильная растительность в ущелье Герн создавала обманчивое впечатление — в Сутре была зима. Плато покрывал прозрачный сероватый лед. Вокруг царила странная тишина, словно воздушное пространство было заполнено ватой. Любые звуки быстро угасали в белесом мареве, висевшем в воздухе подобно туману.
Путники стояли на опушке леса. Голые сухие деревья простирали к небу перекрученные черные ветви. Они были мертвы, как и земля. И здесь Йиска с особой ясностью понял, что хозро Сутры ушло. Духи деревьев, скал и воды были недостижимы — или же вообще исчезли. Все почувствовали это. Талискер опустился на землю и коснулся ладонью травы. Хрупкие бурые травинки ломались под его пальцами, рассыпаясь в пыль.
— Что это? — выдохнул Малки. — Ты чувствуешь, Йиска? Будто бы нечто поразило землю в самое сердце.
— Да.
— Где мы, Рако? — спросил Талискер.
— Похоже, лигах в семидесяти на юго-восток от Руаннох Вера. Это южная оконечность Ор Койла. Знаешь здешние места?
— Нет.
— Ладно. Я иду в Руаннох Вер. Нужно предупредить тамошних жителей. Вы со мной?
— Бессмысленно. К тому времени, когда мы доберемся туда, будет уже слишком поздно. Если шореты и впрямь собираются атаковать город, они придут из Дурганти намного раньше нас.
— Сперва им придется осадить город, — заметил Малки. — Может быть, нам удастся...
Пес заворчал, шерсть у него на загривке встала дыбом.
— Ложись! — прошептал Йиска.
Они скорчились за полусгнившей стеной, некогда огораживающей лебедку подъемной платформы.
— Тише, Пес, — приказал Йиска.
Удивительное дело: Пес повиновался. Несколько долгих секунд ничего было не видно. Ни один ветерок не колыхал черные ветви мертвого леса. Стояла абсолютная тишина.
А затем воздух наполнился звуками хруста и треска. Будто огромная толпа продиралась через лес не разбирая дороги. Несколько секунд — и путники увидели тварей.
Сотня шардов и около пятидесяти флэйев. Они быстро бежали вперед, стремясь к им одним известной цели. Шарды проламывались сквозь кусты и заросли, ломая и топча их. Флэйи двигались неслышно, словно вовсе не касаясь земли. Их ало-бурые, лишенные кожи тела мелькали там и тут между деревьями.
Йиска едва осмеливался дышать, боясь привлечь внимание монстров.
— Смотри, — едва слышно прошептал Рако, склонившись к самому уху Йиски. — Вон там...
Сперва Йиска не мог понять, куда надо смотреть. Лес кишел самыми отвратительными тварями, которых ему случалось видеть в своей жизни. И будь воля Йиски — он не смотрел бы вообще. Хотя несколько секунд спустя индеец понял, куда указывает Рако.
Эти чудовища отличались от шардов и флэйев и выглядели еще более мерзко. Темные тени, постоянно изменяющие форму, словно их тела состояли из огромного роя гадких насекомых. Йиска почувствовал, как к горлу подступает тошнота.
Талискер и Малки переглянулись.
— О нет! — простонал горец.
— Что это?
Талискер сплюнул, словно желая избавиться он неприятного привкуса во рту. Коранниды, — сказал он.
