Разговоры утихли. Присутствующие столпились вокруг ограды, не веря своим глазам.
Виновницей смятения была Фереби. Девчушка забралась в яму и теперь лежала, прижимаясь к шерстистому боку малыша — так же, как сам звереныш прижимался к матери. Фереби не замечала, что перепачкалась в грязи. Поглаживая влажную спутанную челку над голубыми глазами мамонтенка, девочка тихонько напевала.
— Вытащите ее оттуда! — прошептал кто-то из санахов. Мамонты часто были непредсказуемы, и тем паче нельзя предвидеть, как поведет себя новоявленная мать.
Старший санах шагнул вперед.
— Нет. — Везул сжал его плечо. — Смотрите, она успокаивает их…
Похоже, генерал был прав. Дыхание детеныша сделалось ровнее, размереннее, а мать обвила хоботом и его, и Фереби, которая продолжала напевать. Девочка подняла глаза, откинув с лица перепутанные серебристо-белые волосы, и улыбнулась людям наверху.
— Она станет великим санахом, — пробормотал кто-то.
— Нет. — Везул покачал головой, не сводя глаз с дочери. — Она станет великим полководцем…
— Послушайте… спасибо, конечно, но я уже хорошо себя чувствую. Честно. Вы можете идти. — Эффи улыбнулась Йиске своей самой сладкой, самой доверчивой улыбкой.
«Вы мне порядочно задолжали, Эффи Морган». Да уж конечно! И все мы знаем, чем именно придется платить…
— И вообще… я тут кое-кого жду. — Эффи нервно потеребила завязки халата, борясь с желанием поплотнее запахнуть его на груди.
— Да, я понимаю, — безмятежно сказал Йиска. — Очевидно, полицию. Или своего дилера.
— Я не наркоманка! — сердито бросила она.
— Нет. Разумеется, нет, — ровно ответил Йиска, однако в его голосе Эффи почудился осторожный намек. До сих пор индеец не сделал попытки к ней приблизиться, и Эффи ощутила некоторое облегчение.
— Послушайте, откуда вам известно мое имя? И зачем вы пришли?
Йиска вздохнул:
— Даже не знаю, с чего начать…
— Да уж начните с чего-нибудь.
— Выслушайте меня, — проговорил Йиска. — И если вы сочтете, что я сумасшедший, я просто встану и уйду. Даю слово.
— Ладно.
— Так вот. Моему деду снятся странные сны о Шотландии. Он видит всякие битвы, людей в килтах, в общем, что-то вроде «Храброго сердца». Он полагает, будто кто-то намеренно посылает ему подобные сны и этому кому-то нужна помощь. Так или иначе, дед отправил меня в Шотландию, описав место, которое ему снилось, — поле с большим черным камнем на нем. Он попросил выполнить ритуал под названием Пляска Духов, полагая, что это успокоит предка, который посылает ему видения. «Господи ты Боже мой! Ну и ну!»
— И что же случилось? — осторожно спросила Эффи, пытаясь принять заинтересованный вид. — Предки ответили?
— Ну, не совсем… Видишь ли…
— Господи Иисусе! Сколько можно бродить вокруг да около? И вдобавок она не верит ни единому твоему слову. Ты глянь ей в глаза!
Эффи почувствовала, как по всему телу разливается волна холода… Затем ее бросило в жар. Лицо запылало, словно охваченное огнем. Лоб моментально покрылся испариной. Посреди комнаты внезапно возник — да, именно возник — рыжеволосый человек, одетый в длинный зеленый килт. Не в изукрашенный сувенир для туристов, а в самый настоящий килт. На поясе горца висел чудовищных размеров меч, а еще сквозь его тело была видна мебель и стена комнаты, потому что…
— … Призрак?! О Боже, нет! Нет-нет-нет… это не может быть правдой! — Голос Эффи слегка дрожал. Она в упор смотрела на Йиску, надеясь, что привидение исчезнет, если она отведет от него взгляд. — Ты был прав, — пролепетала Эффи. — Извини. Насчет наркотиков, я имею в виду… Заставь его исчезнуть.
Йиска раздраженно обернулся. Кажется, он тоже видел призрака, ибо смотрел прямо на привидение, хмуро сдвинув брови.
— Погляди, что ты натворил! Ты напугал ее.
— Слушай, пташка. — Призрак одарил Эффи улыбкой, которую, видимо, считал ободряющей. — Ты извини, но у нас нет времени на расшаркивания. Мы ищем Дункана… Дункана Талискера.
— Что? — тупо переспросила Эффи.
Только этого не хватало — галлюцинаций! Кажется, наркотик и впрямь повредил ее мозг…
— Ты же Эффи Морган, верно? Дочь Шулы Морган, которая погибла от рук де… от рук серийного убийцы?
Это заявление окончательно доконало Эффи. Она поперхнулась, и по щекам потекли слезы.
— Нет… То есть да… То есть… Мама… — Она утерла лицо рукавом халата. — Мама погибла в автокатастрофе, когда я была совсем маленькой.
Призрак прищурил глаза.
— Тебе так сказали? Что ж, неудивительно.
— За… заставь его уйти! — Эффи больше не могла сдерживаться. Она зарыдала, и ее голос сделался тонким, истеричным.
— Великолепно, Малки! Очень дипломатично…
— Мне жаль. Я думал, она узнает правду, когда станет постарше.
— И тем не менее…
— Ты не знаешь, где Дункан, детка? Или Сандро? Алессандро Чаплин?
— Дядя Сандро? Он уехал. — Эффи потерла глаза, зудящие от слез, и с надеждой оглянулась. Увы! Призрак по-прежнему находился в комнате.
— Черт! — Привидение удрученно покачало головой. — Я не знаю, что теперь делать, Йиска. Дункан и Сандро — единственные люди, которые могли бы тебе помочь…
