Йиска и Родни обсуждали состояние Эффи. Талискер мало что мог понять из их разговора, происходившего на наречии навахо. До него доносились лишь отдельные слова вроде «больница» и «Чинли».
Эффи лежала на земле, закутанная в теплое одеяло, будто гигантский младенец. Талискер присел рядом, вглядываясь в лицо девушки. Он вспомнил, как принял Эффи за Шулу, впервые увидев ее в больнице. Она была поразительно похожа на свою мать, хотя только внешне. Эмоциональный мир Эффи оставался загадкой, которую Талискер до сих пор не сумел разгадать. Ясно было одно: Эффи чувствовала себя одинокой и всеми покинутой и потому злоупотребляла наркотиками, едва не доведя себя до смерти. И то еще неизвестно, выживет ли она…
Талискер вынужден был признать, что нынешнее состояние Эффи во многом — его вина. За прошедшие годы он ни разу не потрудился выяснить, как она живет и чем занимается. При помощи Сандро Талискер нашел для нее квартиру — и только. Он не считал себя обязанным принимать участие в ее судьбе.
Талискер наклонился к девушке. Ее ресницы чуть вздрагивали. Грудь почти незаметно вздымалась. Дыхание было слабым и прерывистым.
— Она спит, Йиска. Это хорошо или плохо? — Талискер не поднял глаз и не стал дожидаться ответа. — Эффи… я знаю, где ты сейчас находишься. Я был там. Это темное и страшное место…
Талискер не договорил. Слова не имели смысла. Он поднялся и посмотрел на Йиску и Родни.
— Послушайте, мы можем разбить здесь лагерь?
— Конечно. Хотя лучше отвезти ее обратно в Чинли, в больницу. По-моему, у них есть вертолет. Мы, наверное…
Родни перебил его:
— Ты же знаешь, Майкл: у нас мало времени.
— И точно так же мы не успеем послать за ндилниихи, — фыркнул Йиска.
— За чем?
— Сичей хочет вызвать сюда целителя, чтобы поставить Эффи точный диагноз. Не вижу смысла. Мы и так знаем, что с ней происходит. Тем более что в этом районе нет настоящего целителя. Поэтому по времени мы ничего не выгадаем, и я не понимаю, почему бы не воспользоваться услугами обычных врачей. — Йиска извлек рацию и потыкал кнопки. — Может быть, удастся позвать на помощь. Рация не работала. Здесь, под стенами каньона, связь была отвратительной. Из микрофона донеслись лишь тихое шипение и какие-то обрывки голосов — скалы мешали движению радиоволн.
Йиска вздохнул и отложил аппарат.
— Кажется, ничего не выйдет…
Талискер растерянно слушал спор Йиски и Родни, завороженный этим сплавом технологии и мистики. На миг он позабыл, что собирался предложить.
— И все же надо разбить лагерь и устроить ее поудобнее, — сказал он. — У меня есть одна идея.
Йиска кивнул.
— Подозреваю, что Эффи приняла какую-то гадость, окончательно расстроившую ее печень и почки. Следовало бы заставить ее выпить побольше воды, и тогда, возможно…
— Для этого нужно привести ее чувство, если, конечно, у тебя в аптечке нет солевого раствора.
— Нет… И все же — что у тебя за идея?
Талискер указал на маленькую коробку из кедра, которая вывалилась из сумки Эффи.
— Отправим к ней кое-кого.
Эффи плывет. Музыка стихла; вокруг царит странное безмолвие. Высоко над головой — невидимое небо, а где-то глубоко внутри тела по-прежнему обитает желтая боль.
Эффи страшно, и она напевает себе под нос тихую-тихую мелодию. Ее мысли — скорее разрозненные фрагменты эмоций, чем четко сформулированные идеи. В одном Эффи уверена: тот далекий свет, который она видела, был ее матерью. Свет быстро померк, когда Эффи отказалась последовать за ним. Мать не хотела уводить ее в забвение.
— Эффи! Это я, Малки.
Внезапно рядом с ней оказывается горец. И она уже не летит, как прежде. Эффи опускает глаза. Она стоит на темной однообразной поверхности. Ее окружает черное бесформенное ничто. Но по крайней мере Эффи видит себя — собственное тело, руки, ноги, ступни.
— Привет, Малки. Ты выглядишь… мило. — Так оно и есть. Здесь он не призрак. Да и с какой стати, если «здесь» — это то место, где Малки может быть настоящим. — Я умерла?
— Пока нет. Хотя не удивлюсь, если это случится.
— О! Я приняла дурацкое лекарство.
— Угу.
— И теперь они ни за что не возьмут меня с собой…
— Кто и куда?
— В Сутру. Талискер и Йиска. Они не захотят, чтобы я шла с ними.
— Похоже, они еще не обсуждали этот вопрос, — осторожно сказал Малки.
— Да ну? Ладно тебе. Мы оба отлично все понимаем. Я подвела их. Я — обуза.
— Может быть. Только они предпочитают, чтобы ты была
— Так ведь я ничего, ничего не могу поделать… — Эффи зашагала вперед. Иначе сказать, в ту сторону, куда она стояла лицом. Малки не пошел за ней — лишь неодобрительно покачал головой.
— Ты не права, Эффи. Все дело в том, чтобы совладать со своим организмом. Обрести контроль.
Она остановилась.
— Хватит пороть чушь! Поверь, я все это слышала сто раз. Я проходила курс лечения в течение трех лет.
— Вот как? Я бы на твоем месте потребовал вернуть деньги.
— Почему ты не идешь за мной?
