Было страшно представить какие страдания меня ждали после всего этого, поэтому я и не стала зацикливать внимания. Мои ладони медленно поползли к вискам, окрашивая кожу правой скулы в алый цвет моей крови. Мне было плевать, что подумают люди. Мне было плевать на то, как они на меня посмотрят и как я буду жить после этого позора. Единственное, чего я хотела, чтобы боль закончилась..
- Разве вы не видите, как ей плохо? Вы должны позволить нам уйти отсюда! - в который раз требовала Фиби у этих бездушных садистов, которые смотрели на меня стеклянными глазами.
- Не устраивайте цирк. Мы не имеем права выпустить вас без разрешения, - брюнет был слишком резок и холоден в своих словах. Парень отшвырнул нас от входа как какой-то мусор, указав нам на наше низшее место. Это было последней каплей. Я споткнулась и упала на колени, хоть Фиби попыталась подхватить меня и смягчить удар. Окружающие звуки стали стихать: люди стали сходиться в прихожую и замолкать при виде меня.
- Цирк?! Ты, чокнутый ты идиот, думаешь, что всё это цирк?! Разве я похожа на клоуна? - сквозь зубы прошипела я, схватившись левой рукой за волосы из-за новой вспышки боли. - БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТ! БУДЬТЕ ВЫ ВСЕ ПРОКЛЯТЫ! - кричала я, сбивая в кровь правый кулак, когда стала со всей силы бить костяшками по полу, чтобы переключить боль. У меня не получалось и тогда я закричала. Так громко, что всё стекло в один миг разлетелось на мелкие кусочки, а люди, бросив свои бокалы, закрыли уши руками. Когда я выплеснула все свои эмоции, мне стало легче и я поняла, что натворила. Стояла такая тишина, что мне было страшно открывать глаза, но я должна была сделать это. Сотня, а может и больше, пар глаз уставилась на меня. Сказать, что я чувствовала себя опозоренной - это ничего не сказать. Я хотела провалиться сквозь землю и утащить вместе с собой грёбаного Кейна, который пригласил меня сюда. Под всеми этими взглядами мне казалось, что я находилась как под микроскопом. Фиби помогла мне подняться на ноги и именно в этот момент я ощутила отвратительное жжение в коленях и лёгких, после чего ощутила чудовищную боль в прокушенной губе, когда попыталась провести языком по ране и, конечно же, не стоило забывать про руку, на которую я пыталась переключить боль.. Я осмотрела толпу, заметив у каждого второго кровь, стекающую с козелка уха прямо на шею. Надо было извиниться, но я не сделала бы этого, даже если бы могла говорить: я не знала, что сказать. Как можно было извиниться за подобное?
Хмурый и чертовски злой Кейн, следом за которым шли Макс, Крис и Рик появился очень вовремя. Сначала парень осмотрел слегка покалеченных людей, затем осколки стекла, которые были разбросаны повсюду, ну а после этого он остановил свой взгляд на мне. Кейну хватило и секунды, чтобы во всём разобраться. Этот чёртов сексуальный сукин сын в смокинге быстро оказался возле меня. Его глаза выражали сожаление, а рот то открывался, то закрывался: парень хотел что-то сказать, но не находил слов. Я как ни странно тоже. Я ведь готовила гневную речь, но ему повезло, он появился слишком поздно: моя стервозность немного поутихла, сменившись слабостью и усталостью. Глаза Кейна опустились на мои губы и он осторожно поднял вверх мой подбородок. Парень внимательно осмотрел прокушенную губу, из которой всё ещё продолжала течь кровь, и легонько дотронулся до неё подушечкой большого пальца. Я искоса видела, как Макс забрал у официанта его белое полотенце и бросил его Кейну. Парень сжал челюсть и, не глядя мне в глаза, приложил белую ткань к моей губе и подбородку. Я шикнула и поморщилась от боли, а выражение лица Кейна стало ещё жестче. Вот только я никак не могла понять на кого он злился. Выражение его лица напомнило мне тот день, который я хотела бы забыть навсегда. Тот день, когда мистер Мортон впервые решил сделать меня грушей для битья. Я снова почувствовала себя той самой маленькой девочкой, которая ничего не сделала, но должна была страдать. Я захныкала и слёзы полились из моих глаз прежде, чем я успела себя остановить..
- Чёрт, - с болью в голосе прошипел Кейн, находясь на грани. Не долго думая, парень крепко прижал меня к себе, даря мне чувство безопасности, которое мне было необходимо.
- Ш-ш-ш, не плачь, пожалуйста только не плачь, - шептал он мне на ухо снова и снова, гладя меня по голове, но я разревелась ещё сильнее. Моя репутация была растоптана и мне уже было всё равно, что подумают обо мне остальные. Когда слёз не осталось, я просто поглубже уткнулась в его грудь и закрыла глаза, пытаясь перестать хныкать и успокоиться.
- Что произошло? - раздражённо спросил Кейн у Фиби, пока я сопела у него на груди, прижав своей рукой полотенце к губе, медленно окрашивающееся в красный.
- Ей стало плохо, мы хотели уйти, но нам не позволили. Она сорвалась на истерику, с ней такое бывает и смею предположить, что худшее впереди.
И она как всегда была права: это было не худшим из того, что сегодня должно было произойти.
