Вы когда-нибудь утром вставали не с той ноги? Лично я никогда не задумывалась, какая из моих ног ступает на пол первой, но сегодня мне показалось, что точно не та. В общем, день не задался. Я проснулась одна и если вчерашние события не были плодом моего воображения, то засыпала я с Кейном, точнее с демоном Кейном. Так вот, этот самый чёрт без хвоста ушёл, ничего не сказав, и даже записку не оставил.
Фиби, она же Мелисса, она же моя единственная подруга не смогла долго смотреть на то, как я меланхолично сидела на диване и, бездумно перещёлкивая каналы, кусала щёки. Девушка буквально силой заволокла меня в душ, после чего безжалостно запустила в меня моими же вещами и заставила меня одеться. Не знаю почему, но я чувствовала себя очень паршиво: как потерянная, беспомощная и влюблённая дура, которую бросил парень. Я не ушла в себя только благодаря Фиби, которая выносила мне мозги и пыталась докопаться до истины. Я стоически молчала и совершенно не понимала с чего она решила, что я думаю об этом демонском кретине. А нет! Я понимала, я ведь когда одевалась отзывалась о Кейне в не очень лестной форме. “Чёрт, всё-таки язык мой - враг мой”.
Короче говоря, после своеобразного психологического сеанса, Фиби решила вытащить меня по магазинам потому, что цитирую: “Сидение в четырёх стенах угнетает настроение”. И где она только это услышала? В общем, я из собственной непокорности и достоинства, конечно, пыталась сопротивляться, но просто когда Фиби кричит на тебя во всё горло и насильно выпихивает из комнаты, это всегда не очень хороший знак - ну мне и пришлось сдаться, чтобы народ не сбежался.
Что ж, подруга оказалась права и хождение по магазинам пошло мне на пользу. Я купила себе пару классных маек и браслетов. Девушка же ограничилась только платьем и туфлями. Туфли кстати были очень крутыми, так что мы чуть не подрались из-за них. К счастью, мы быстро поняли, что ведём себя как две идиотки: мы могли носить их по очереди. Покупательская терапия дала результаты: настроение улучшилось и я даже забыла о проблемах, пока мои глаза не наткнулись на Нику и на пару таких же, по моему мнению, распутных девиц, когда мы уже шли в общагу.
- Какие люди и без поддержки! - с издёвкой ахнула Ника, прикрыв рукой свой грязный ротик, как будто бы она была в ужасе. Несомненно под “поддержкой” она подразумевала Кейна. - Идёте сегодня на вечеринку? - заботливым и чересчур бархатным голосом спросила эта фурия.
- На какую вечеринку? - удивилась Фиби прежде, чем я успела понять о чём идёт речь.
- В “Стип”, - закатив глаза, пояснила для нас развязная брюнетка в юбке, которая еле еле прикрывала то, что следовало бы прикрывать. - Вечеринка обещает быть жаркой.
- Приходите, будет здорово, - заверила нас Ника.
- Мы подумаем, - переглянувшись со мной, ответила Фиб.
- Если что, вечеринка в семь, - уточнила девушка, улыбнулась и ушла вместе со своими подругами, которые напоследок смерили меня странными оценивающими взглядами, отчётливо давая понять, что я слишком далека от их уровня. От уровня, где девушки носят тесные короны, подпирающие потолок.
- Уж слишком ласкова она была, - пробормотала я, делясь с Фиби подозрениями.
- Это точно. Я позвоню знакомым и уточню на счёт вечеринки.
Я кивнула и мы побрели домой, болтая о косметике, шпильках и коготках. Я старалась не думать о Нике, но чем сильнее это делала, тем сильнее эта мысль становилась навязчивой. Девушка не нравилась мне на патологическом или даже химическом уровне и это не потому, что она зажималась с Кейном, просто было в ней что-то.. что-то такое, что заставляло задумываться о правдивости её слов, анализировать её жесты и поведение.
Весь чёртов оставшийся день я ничего не слышала от Кейна, или Макса, или от кого-либо ещё. Эта тишина мучала, раздражала и порождала отвратительное гнетущее чувство тревоги. Хотела бы я просто успокоиться и расслабиться, но утихомирить паранойю всегда было слишком сложно.
Прошло ещё полчаса - я уже приходила в бешенство. Комната казалась мне клеткой, а воздух в ней был слишком тяжёлым для моих лёгких. Сидение на одном месте и ожидая того, что кто-нибудь решит со мной связаться, делало с моей головой ужасные вещи: я уже собиралась уйти в монастырь, лишь бы посмотреть, попробует ли кто-нибудь меня остановить или попроситься обратно в лечебницу, где у меня были знакомые, которые обрадовались бы моему появлению. Особенно молодой врач по имени Карт, шрамы у которого не сойдут никогда.. Сам виноват: нечего было заходить в нашу палату, когда у меня был приступ. В конце-то концов Фиби его предупреждала. Кстати о ней. Я оповестила её о моём порывистом и сумасбродном решении пойти в “Стип”.
