– Слушаюсь, – проговорил Олег насмешливо. – Ладно, пока. Потом расскажешь, как все получилось.
Карина повесила трубку и задумчиво глянула в окно, залитое солнечным светом.
Сегодня пятое марта.
До срока, поставленного самой себе, осталось три недели. Не верилось, что она сумеет выполнить то, что задумала.
Уехать отсюда, прервать отношения с Олегом, перестать видеться, общаться – и все это после того, как он из-за нее повредил руку, повторял ее имя в бреду, пытаясь признаться в любви?
Разве такое возможно? Почему она уверилась в том, что он обязательно бросит ее? Только из-за пророчества Русудан?
Вдруг Олег прав – и та просто обыкновенная шарлатанка, вымогающая плату за свои услуги?
Тогда получается, что Карина по собственной глупости, из суеверия рушит свое счастье, предает близкого, любимого человека, хочет бросить его в самый тяжелый момент: когда он едва-едва оправится от травмы, вынужден будет много трудиться, чтобы реабилитировать руку, получить возможность играть, как прежде.
Карину раздирали противоречивые чувства, но побыть наедине с собой и спокойно все взвесить она не могла – нужно было ехать на встречу с Вадимом.
Она вздохнула и отправилась к Леле за ключами и документами на машину.
Вадима Карина увидела издалека: он прохаживался взад-вперед около стоянки. Внутри у нее сразу все напряглось – последнее время их взаимная неприязнь усилилась настолько, что на работе она старалась любой ценой избегать общения с ним.
Однако Карина постаралась взять себя в руки и даже изобразила на лице подобие улыбки.
– Привет, – поздоровалась она, подходя, – давно ждешь?
– Минут десять. Ничего страшного. – Вадим бросил на нее быстрый взгляд и тут же отвел глаза. – Я заплатил за два дня, а остальное они простят. Давай ключи.
– Вот. – Карина протянула брелок.
Вадим молча взял его и быстро зашагал к Олеговой «восьмерке», сиротливо стоящей чуть поодаль от других машин.
Пискнула сигнализация. Он открыл дверцу, залез на водительское сиденье. Карина наблюдала за ним, не двигаясь с места.
Внезапно она вспомнила про документы.
– Эй! – Карина подбежала к автомобилю, вынула из сумочки паспорт на «восьмерку», сунула его Вадиму.
– Да ладно, – тот махнул рукой, – можно и без этого.
– А вдруг остановят?
– Ну хорошо. – Он спрятал паспорт за пазуху, включил зажигание и сумрачно уставился на Карину. – Чего стоишь? Садись.
– Нет, нет, – поспешно проговорила та. – Поезжай один. Я сейчас не домой.
Это было неправдой. На самом деле она собиралась дойти до ближайшего метро и вернуться домой общественным транспортом, лишь бы избавиться от необходимости сорок минут сидеть рядом с Вадимом.
– А куда? – бесцеремонно поинтересовался тот.
– Не все ли тебе равно? – Карина пожала плечами.
Не хватало еще, чтобы он устраивал ей допрос.
– Я могу подвезти тебя, куда надо. – Вадим по-прежнему смотрел в сторону.
– Спасибо. – Карина заколебалась.
В конце концов, чего она все время боится? Кто такой ей этот Вадим – судья, перед которым она должна держать ответ? С какой стати ей тащиться пешком через всю Москву, если рядом фырчит уже прогретая машина?
– Ладно, поехали. – Она решительно обошла «восьмерку» и села.
Вадим захлопнул дверцу и нажал на газ.
Какое-то время они ехали молча. Вадим крутил руль, неотрывно глядя в лобовое стекло, Карина, откинувшись на мягкую спинку и прикрыв глаза, снова, в который раз, вспоминала встречу с Русудан.
Первым нарушил молчание Вадим.
– Как это произошло?
– Что? – Она открыла глаза и выпрямилась.
– Все это. Почему вдруг на тебя напали?
– Откуда я знаю? – резко сказала Карина. – Напали, и все.
Она твердо решила не посвящать Вадима в подробности происшествия в клубе.
– Понятно, – протянул он многозначительно. – И наш герой, значит, заслонил тебя своим телом?
В голосе у Вадима слышалось столько откровенного презрения, что Карина не выдержала.
– Ты считаешь, сейчас подходящий момент для того, чтобы язвить? – возмущенно произнесла она. – Кажется, ты всегда утверждал, что Олег – твой лучший друг.
– Я и не отказываюсь от этого.
– Странный тон, когда разговор идет о друге, не правда ли?
– Не вижу ничего странного. – Вадим неторопливым жестом достал сигареты. – Разве он у нас не герой? Он же тебя спас, как я понимаю.
– Да, спас, – с вызовом ответила Карина, – а что, по-твоему, не должен был?
– Он вообще не должен был… – резко произнес Вадим и, не закончив фразы, замолчал. Чиркнул зажигалкой, закурил.
Карина замерла на месте. Несколько мгновений они смотрели друг на друга, глаза в глаза, не мигая и не двигаясь.
Значит все-таки он знает! Знает все! Почему тогда до сих пор ничего не рассказал Леле? Или… рассказал? Вот чертовщина!
– Ну, договаривай, – слегка задыхаясь, тихо попросила Карина. – Давай, скажи до конца. Что Олег не должен был делать? Что?!
– Перестань, – грубо оборвал ее Вадим. – Прекрати. Куда тебя везти по твоим делам?
– Никуда. Я передумала.
– Значит, едем прямо домой. – Он резко крутанул руль, перестраиваясь в левый ряд.
