Они отправились в ночной бар на Мясницкой, хорошо известный ему по старым временам. Теперь здесь все было по-другому: больше шума, больше дыма, больше пластика и неона. Впечатление нереальности происходящего создавали многочисленные зеркала: Олег видел свое отражение с разных сторон, и было ощущение, что за ним кто-то неустанно следит, фиксируя каждое движение руки или поворот головы. Это сковывало – хотелось замереть или превратиться в невидимку.
Бармен поставил на их столик два американо и бокал с коньяком. Его черная униформа казалась в этой неоновой обстановке нелепой. Девушки в цветных пиджачках, с такими же разноцветными коктейлями в руках так же умножались на самих себя в зазеркалье. Сине-зеленая прядь у одной как будто становилась ярче благодаря кюрасао в ее стакане. Олег даже немного успокоился: в этом месте его точно никто не узнает и не будет просить автограф.
Из больших колонок в дальнем углу раздавалась ритмичная музыка. Олег уловил мотивы латино и рока, но что именно звучало в этом плейлисте, он вряд ли бы узнал. Современная музыка его совсем не раздражала, главное – чтобы не шансон.
– Это ничего, что я заказала спиртное? Вас не смущает?
– Вовсе нет, – он пожал плечами. – И почему это должно меня смущать?
– Я читала ваши интервью, вы так смело там рассказываете, какой путь алкоголика прошли…
Олег поймал на себе ее пристальный взгляд. Неужели что-то заподозрила? Он аппетитно отхлебнул из чашки кофе и решил, что лучше эту тему не развивать:
– Расскажите лучше о себе. Чем занимаетесь?
– О! Я-то совсем далека от музыки, если вы про это, – Маргарита согрелась и уже охотнее отвечала на вопросы.
Работала она в банке, а до того – в крупной строительной фирме. И банк, и фирма принадлежат отцу. На концерте оказалась только лишь потому, что, как сотрудник отдела рекламы и маркетинга, должна была изучить возможность нового партнерства с фондом Олега Якубова «Трезвость и жизнь», который, по мнению руководства банка, представлял для них определенный интерес.
«Теперь понятно», – подумал Олег и поймал себя на том, что внимательно и с удовольствием ее разглядывает. На лице доминировали, бесспорно, глаза: зеленые, с колдовским болотным отливом, они были не просто широко распахнуты, они как будто увеличивались к вискам у внешних уголков, или это был эффект косметики. Они почти не моргали, или это происходило незаметно и редко. Эти глаза умели смотреть в упор, слишком сильно открывая то, что было внутри. От этого становилось не по себе. Тебя либо расстреливали на месте, либо безапелляционно чего-то требовали, либо насмехались.
Эти глаза в сочетании с небольшим вздернутым носиком, острым подбородком и тонкими губами придавали ее облику что-то кошачье. Она по-кошачьи аккуратно своими маленькими ухоженными лапками брала чашку или бокал и так же по-кошачьи изящно отпивала. Олег ловил от этого какой-то новый кайф и начинал думать, как бы изловчиться и выпросить у нее телефон.
– Все же удивительно… – вновь заговорила она. – Завязавшие алкоголики всегда напрягаются, когда кто-то при них пьет, а вы совершенно спокойны.
– У меня большой опыт, не волнуйтесь.
В кармане завибрировал телефон. Звонила Вика, про которую он совсем забыл. Выходя из Дома архитектора, он честно пытался вспомнить, к кому именно он обещал сегодня заехать после концерта – к Вике или Агате.
– Извините, – он вышел из-за стола и направился подальше от колонок.
Он считал, что сегодня очередь Агаты, аспирантки консерватории, которую он опекал последние полгода. Он живо представил ее высокую тонкую фигуру, маленькое полудетское лицо, копну темных волос с вплетенными фенечками, потертые джинсы или длинные юбки в индийском стиле и вытянутые, всегда поношенные свитера. Агата старательно поддерживала образ хиппующей феминистки, но было очевидно, что стиль этот вынужденный, и химический, слегка затхлый запах секонд-хенда неистребим. Родители снимали ей квартиру в конце Кутузовского, но самой девушке приходилось серьезно экономить. Зная это, Олег, навещая Агату, чувствовал себя в этой квартире чуть ли не благотворителем.
Но звонила Виктория, полная противоположность Агате:
– Куда ты пропал? Концерт ведь давно закончился! Я даже хотела в этот раз купить цветы и прийти, типа сюрприз, так сказать, сделать. Но купила шампанского и решила ждать тебя дома…
