Анна нахмурилась.
— Как это?
Я ухмыльнулся и развёл руками:
— Заворачиваешь меня в тряпки, размазываешь кровь, объявляешь, что я — благочестивый страдалец на пороге смерти, исполнивший свой путь. Меня должны немедленно пропустить к храму, где я благополучно отдам концы.
Анна медленно провела рукой по лицу.
— То есть ты хочешь, чтобы я
сказала, что ты паломник, а Одуванчик — твой транспорт на небеса?!
— Ну, типа да.
Она долго смотрела на меня.
— И ты думаешь, что они тебе поверят?
— Конечно! У меня же реально дыра в боку, синяки, полуживой вид. Что ещё надо для убедительности?
Анна натянула капюшон и крепче схватилась за поводья.
— Если этот план провалится, знай: я в этот раз тебя не спасу.
Мы направились к Империи.
Где-то внутри, Тири уже держалась за голову, предчувствуя очередную катастрофу.
Одуванчик вздохнул.
Он понимал, что это
Очередь в ад
Мы встали в эту чёртову очередь ещё до рассвета, когда солнце даже не показалось из-за горизонта. Воздух был свежий, бодрящий, но уже полчаса спустя я пожалел, что не сдох где-то в пустыне. Толпа двигалась со скоростью дохлой черепахи, и я начал вспоминать детство.
— Чёрт возьми, — пробормотал я, кутаясь в плащ, чтобы скрыться от солнца. — Эта очередь напоминает мне девяностые…
Анна приподняла бровь:
— Что?
— Когда я с батей стоял за картошкой. Мешок на человека, а очередь уходила на пару кварталов. Самая вкусная картошка в моей жизни, кстати.
Она хмыкнула.
— Что за девяностые?
— Эх, Анна, я старше, чем кажусь.
Но философствовать было некогда. Кто только не хотел попасть в Империю: торговцы, наёмники, попрошайки, священники — и все по одной причине.
Империя затеяла большую войну. А где война — там и деньги.
Толпа гудела, перемалывая слухи:
— Говорят, на южных границах Империи армия собирается.
— Ага, а ещё зеленожопые вырезали всех рыбаков и бедных жителей в Шаркхольме! Теперь там гоблины и мертвецы заправляют. Жуть…
— Мерзкие зеленожопые уроды! Империя должна поставить их на место!
— Король Железного Города сбежал! Этот чёртов Пьяный Батя обдурил бедных гномов, напоил их каким-то пойлом, устроил революцию, да ещё и принцессу Талию похитил!
— Королевство эльфов и Султанабад с мертвеками и гоблинами договор подписали.
— Ну а кто сомневался? — раздался голос из толпы. — В этом их ушастом гнезде один разврат! Как говорится, если эльфийка говорит, что она не лесбиянка, то она либо врёт, либо ещё не попробовала. А про их мужиков если их можно назвать мужиками вообще говорить не стоит одни заднеприводные.
Толпа захохотала, а я покачал головой. Типичная имперская пропаганда.
Где-то дальше торговцы уже вовсю наживались на жаждущих, продавая воду и зонты в десять раз дороже.
А мы? Мы просто ждали.
-
Схема Тири
Я лежал на телеге, Анна гордо восседала на Одуванчике, наслаждаясь морским бризом, попивая воду из бурдюка. Её соломенная шляпа отбрасывала приятную тень. Я же жарился внизу, бинты прилипли к телу, голова кружилась, и я почти потерял сознание. Ненавижу жару.
Очередь двигалась так медленно, что можно было успеть украсть кого-то, продать, пропить в ближайшем борделе, и снова встать в эту грёбаную очередь.
И тут появилась она.
Тири.
В этот раз в образе грязной сиротки, продающей воду. Хотя если честно, я её не узнал.
— Вода, добрые господа! — жалобно протянула она.
Анна мгновенно узнала её и кинула монету.
— О, дорогая госпожа, спасибо вам! — Тири широко улыбнулась.
Я же сразу понял, что она что-то задумала. Инстинктивно скрутило живот.
Они что-то зашептали, а я, хотя лежал почти вплотную, слышал только отдельные слова. Но суть была ясна: Тири имела пропуск для наёмника-всадника, но у неё не было пропуска на раненого или трупа. То есть меня.
Решение? Очень простое.
За густыми кустами в овраге стояла телега с трупом.
-
Проблема с телом
Колонист. Бывший хозяин этой телеги, в окружении своих бывших рабов. Они по традиции Империи должны были похоронить его, чтобы получить свободу.
Но полурослики (очевидно, подручные Тири) решили поступить проще: выкинули тело в овраг прямо лицом в грязь.
— Это жестоко, — пробормотал я.
— Ты вообще про кого? — удивилась Анна.
— Про него. Так вот валяться — жалкое зрелище. Надо найти кого-то, кто похоронит меня по-человечески… или взорвать себя к чертям, чтобы и хоронить было нечего.
Анна только улыбнулась.
— Ну, ну если ты помрёшь, я тебя похороню, обещаю со всеми почестями. Так что не смей взорваться.
К вечеру мы наконец добрались до ворот.
-
Капитан Охраны и труп с секретом
Главный стражник оказался невысоким, но широким, с квадратной челюстью и огромным шрамом на пол-лица. Три золотых зуба сверкали, когда он открывал рот.
— Я капитан охраны Герхард Шипоруб. Кто такие?
— Наёмники, — спокойно ответила Анна и протянула документы.
Капитан взял бумаги, сверился с описанием, кивнул.
— Цель прибытия?
— Империя хорошо платит.
— Империя всегда платит, — буркнул он и отмахнулся.
Анну с Одуванчиком даже не проверили — приказ был таких пропускать быстро. Война на горизонте, и Империи нужны бойцы.
А вот мне, как всегда, повезло больше всех.