Это было что-то ужасное для девушки, она бы наверное упала бы на задницу, если бы не моральная поддержка от парня. Кучу каких-то черных пугалищ летали по небу Лондона, напоминая какой-то фильм-апокалипсис, который она когда-то смотрела, но в котором явно был не сильно хороший конец.
— Это дементоры — это самые гнусные создания на земле. Они съедают каждое хорошее чувство, каждое счастливое воспоминание, пока не оставят человека абсолютно ни с чем, кроме самого худшего опыта, — как будто через вату раздался голос Гарри Поттера, — Они как и многие другие волшебные создания обитают в нашем мире. В магическом мире из которого я сбежал. Но судя по всему остановить этот прорыв больше некому и боюсь, нам придется немного познакомить тебя с миром магии, потому что оставлять тебя одну, во время этого дементоро-апокалипсиса я не хочу.
— Я… Что.? Магия.?
— А теперь пора напомнить, этим тварям кто тут папочка, — растянул губы в улыбке Мальчик-который-выжил и нарочито медленным движением вытянул перед собой палочку, — Экспекто Патронум!
Из палочки появился сначала ослепляющий яркий свет, который тут же прогнал весь холод и плохие мысли из девушки, а следом из этого света образовалась какая-то красивая птица с длинным хвостом из перьев, она была очень огромная, больше чем часы Биг-Бэна и феникс, а это был именно он, замер прямо над башней широко размахивая крыльями, начав испускать непонятные волны теплого света меняющего свой цвет с абсолютно белого — холодного, на теплый оранжевый и обратно.
Едва оторвав взгляд от непонятной птицы Саша увидела как черные летающие балахоны начали в ужасе пытаться улететь в направлении от феникса, но не успевали и их настигали волны света мгновенно разбивая их на темный пепел.
Длилось это все недолго — буквально несколько минут, но этого хватило что бы на небе исчезли все дементоры, а птица красиво сделав вираж вокруг Биг-Бэна улетела вверх распавшись на частички где-то за облаками.
И пока Гарри смотрел в небо видимо находясь в своих мыслях, Саша кое что вспомнила:
— Я теперь поняла, почему ты так ржал, когда я во время секса сказала: «Ты волшебник, Гарри!»
